Читаем Я познаю мир. Насекомые полностью

Французский астроном Л. Трувело решил заняться изучением чешуекрылых. Для этого он привез из Европы в Америку к себе домой в штат Массачусетс яйца непарного шелкопряда. А дальше случилось то, что обычно происходит, когда человек занимается не своим делом. 8 мая 1869 года несколько гусениц совершили побег от незадачливого ученого. То, что началось дальше, впоследствии назовут крупнейшей вспышкой массового размножения этого вредителя. Гусеницы сожрали всю листву. Абсолютно всю! Леса и сады стояли голые, как в позднюю осень. Дальше больше. В 1901 году этот злодей уничтожил листву на 4 тысячах квадратных миль, а в 1907–м ему уже с трудом хватало 10 тысяч квадратных миль. Американцы стонали и... стонут по сей день, выкладывая ежегодно по 2 миллиона долларов, чтобы хоть чуть–чуть уменьшить численность этого вредителя. Что касается мистера Трувело, то история умалчивает, как отреагировали разъяренные фермеры на невинное увлечение астронома бабочками.


Бабочка–монашенка очень сходна с непарным шелкопрядом как по внешнему виду, так и по образу жизни. Название она получила за свою бело–черную окраску. У некоторых экземпляров окраска практически черная, как одеяние монаха.


В начале мая вылупившиеся гусеницы бабочки–монашенки собираются целыми легионами на стволах деревьев, и садоводы, которые называют такие скопления гусениц «зеркальцем», стараются их истребить. Иногда эти бабочки производят страшные опустошения, не уступая в этом непарному шелкопряду. Порой они дочиста выедают сосновые и еловые леса. Например, в одном из европейских лесничеств в июле 1858 года бабочки–монашенки появились в таком огромном количестве, что весь лес буквально был покрыт этими насекомыми, а поверхность одного озера казалась совершенно белой от бесчисленного множества потонувших в нем бабочек. Наблюдателям казалось, что идет сильная снежная метель. Чтобы прекратить распространение вредителей, пришлось выжигать целые лесные участки. Подобное происходило не только в Европе, но и в Азии, Японии и Сибири.

image l:href="#image24.png"

Шелкопряд непарный и златогузка


В России вспышки массового размножения бабочек–монашенок зафиксированы в лесах Поволжья, на Среднем и Южном Урале, а также в сибирской тайге. Вся беда в том, что бабочки–волнянки отличаются завидной всеядностью. Если любого человека, неспециалиста, попросить перечислить деревья, которые он знает, то надо полагать, он назовет не больше трех десятков. А в меню непарного шелкопряда их входит в десять раз больше – более трехсот. Но мало того, что эти бабочки чрезвычайно прожорливы, они еще и необычайно плодовиты. Так самка монашенки может отложить до 300 яиц, самка бабочки–златогузки, которая тоже относится к волнянкам, до 500, а самка непарного шелкопряда – от 450 до 1.000. В наше время волнянок внимательно изучают ученые, и, конечно, в первую очередь их интересуют способы борьбы с этими врагами лесов и садов.


Интересны также бабочки ратного шелкопряда, а точнее их гусеницы. Походные, или ратные, гусеницы более, чем какие–либо другие, могут быть названы ядовитыми. В их волосках содержится слишком много муравьиной кислоты. Если вдруг какое–нибудь животное захочет попробовать их на зубок, то хорошего из этого ничего не выйдет, так как, попадая на слизистую оболочку, волоски вызывают сильное воспаление, которое иногда кончается даже смертью.


Название свое гусеницы эти получили потому, что совершают длинные путешествия, собравшись правильными походными рядами. Они вылупляются, как правило, в мае из яичек, отложенных самками в предыдущее лето, и обыкновенно держатся вместе все время своей шестимесячной жизни. Тотчас же после рождения гусеницы отправляются в поход, причем форма ратного строя зависит от количества гусениц. Если их не очень много, то они вытягиваются гуськом, если же больше, то располагаются клином в несколько рядов. Дойдя до подножия дерева, гусеницы ползут по стволу, взбираясь на верхушку, и там начинают объедать листья, но даже и во время трапезы они не нарушают строй. К вечеру гусеницы спускаются по стволу вниз и прячутся в каком–нибудь углублении или в разветвлении сучьев. Так как гусеницы ежедневно возвращаются в раз избранное убежище, постепенно там накапливается целый слой ядовитых волосков, которые разносятся ветром и попадают в глаза или нос животных и людей, находящихся поблизости.


Перейти на страницу:

Все книги серии Я познаю мир

Похожие книги

100 знаменитых харьковчан
100 знаменитых харьковчан

Дмитрий Багалей и Александр Ахиезер, Николай Барабашов и Василий Каразин, Клавдия Шульженко и Ирина Бугримова, Людмила Гурченко и Любовь Малая, Владимир Крайнев и Антон Макаренко… Что объединяет этих людей — столь разных по роду деятельности, живущих в разные годы и в разных городах? Один факт — они так или иначе связаны с Харьковом.Выстраивать героев этой книги по принципу «кто знаменитее» — просто абсурдно. Главное — они любили и любят свой город и прославили его своими делами. Надеемся, что эти сто биографий помогут читателю почувствовать ритм жизни этого города, узнать больше о его истории, просто понять его. Тем более что в книгу вошли и очерки о харьковчанах, имена которых сейчас на слуху у всех горожан, — об Арсене Авакове, Владимире Шумилкине, Александре Фельдмане. Эти люди создают сегодняшнюю историю Харькова.Как знать, возможно, прочитав эту книгу, кто-то испытает чувство гордости за своих знаменитых земляков и посмотрит на Харьков другими глазами.

Владислав Леонидович Карнацевич

Неотсортированное / Энциклопедии / Словари и Энциклопедии
100 великих рекордов стихий
100 великих рекордов стихий

Если приглядеться к статистике природных аномалий хотя бы за последние два-три года, станет очевидно: наша планета пустилась во все тяжкие и, как пугают нас последователи Нострадамуса, того и гляди «налетит на небесную ось». Катаклизмы и необъяснимые явления следуют друг за другом, они стали случаться даже в тех районах Земли, где люди отроду не знали никаких природных напастей. Не исключено, что скоро Земля не сможет носить на себе почти 7-миллиардное население, и оно должно будет сократиться в несколько раз с помощью тех же природных катастроф! А может, лучше человечеству не доводить Землю до такого состояния?В этой книге рассказывается о рекордах бедствий и необъяснимых природных явлений, которые сотрясали нашу планету и поражали человечество на протяжении его истории.

Николай Николаевич Непомнящий

Геология и география / Энциклопедии / Словари и Энциклопедии