Мои размышления прервала резкая, пронзительная трель откуда-то с потолка. Те из учеников, которые еще тусовались в коридоре, рванули по кабинетам, хлопая дверями. Я инстинктивно дернулся. Блин, надо спешить. Саёри же говорила, что опозданцев здесь не любят и всячески карают. Вообще, конечно, насрать, что подумают местные преподы, это проблемы Гару, а не мои, но все же — мне на работе хватает вечно душнящего Киселя.
Так, а где же, черт возьми, нужная аудитория?
…
Долго шариться по коридорам не пришлось. Вот ругал я Гару, болванчиком его называл, а он мне в итоге помог — на корочке учебника естествознания указал свой класс и группу. Предусмотрительный пацан оказался. Я сразу же сверился с расписанием на стенде и успел как раз к началу занятий.
В этой вселенной уроки были такие же, как и в реальной жизни. То бишь длинные и занудные, аж скулы сводит. Первые два я еще перетерпел бодрячком, на английском и вовсе умудрился отличиться (не зря свой В2 в резюме указывал, чесслово), но уже на истории меня начало клонить в сон. Я сидел рядом с невзрачной девочкой с косичками, похожими на поросячьи хвостики, зевал в кулак и жалел, БЕСКОНЕЧНО жалел, что где-нибудь под партой нет кнопки, позволяющей проскипать всю эту нудятину.
Кстати, а заснуть — хорошая идея. Я же попал сюда именно через сон, так может, это и в обратную сторону сработает? Клин клином же вышибают, как известно. Так, устроюсь поудобнее…
Чей-то локоть больно ткнул меня в бок. Я зашипел и повернулся в сторону, откуда пришел удар. Девица с косичками пялилась на меня с осуждением. Как и преподша. Да и половина класса.
— Пардоньте великодушно, не хотел, — неловко улыбнулся я.
— Сюдзинко-сан, — сказала преподша сухо, — потрудитесь объясниться. Не в первый раз вы засыпаете на моем уроке!
Так задумайся, может, дело-то в тебе! Нудеть про политическую историю девятнадцатого века битый час — никакого «ред булла» не хватит, чтобы это вывезти! Вслух я, конечно, ничего такого говорить не стал.
— Что вы, — говорю, — я не спал, просто заслушался! И глаза закрыл, чтобы восприятие улучшилось, это, знаете, техника запоминания такая.
— Интересно, — отметила она, — что ж, Сюдзинко-сан, если вы столь глубоко погрузились в тему, то будьте любезны — изложите суть и вектор политики Джованни Джолитти на посту премьер-министра Италии.
Вот засада. Как знал, что эта грымза не отстанет.
— Эм, э-э-э… — заблеял я, сцепив на груди вспотевшие ладони, — ну-у, суть там такая, что дай боже каждому государству! А состоит она в том… в том, что у Джолитти была какая-то тактика и он ее придерживался. На всем протяжении своего премьер-министерства, вот.
Преподша моим ответом не впечатлилась. Покачав головой, она села за стол.
— Плохо, Сюдзинко-сан, вы сегодня меня разочаровали.
Да раньше меня здесь и не было. И вас не было. И ничего этого не было. Только дистрибутив, который по желанию можно из Стима выкачать или с официального сайта.
Я пожал плечами и постарался слиться с окружением. За исключением этого инцидента, остаток дня прошел нормально. По окончании шестого урока я выдохнул и растянулся на парте. Девочка с поросячьими хвостиками уже свалила домой, поэтому можно было дать себе небольшую слабину. Что ж, теперь впереди ждет час «Хэ». Подхватив сумку, я вышел из кабинета и… столкнулся нос к носу с Саёри. Запыхавшись, она согнулась в три погибели и утерла пот со лба.
— На марафон тренируешься? — осведомился я.
— Ой… очень… смешно… — слова выходили маленькими порциями с каждым выдохом, — знаешь, откуда… я сюда… бежала? Из противоположного… пф-ф… крыла.
Я похлопал ее по плечу.
— Зачем? Я же пообещал тебе, что никуда не уйду.
Саёри смутилась.
— Просто в клубе уже все готово, нас ждут, — сцапала она мою ладонь, — пойдем скорей!
Мысль об этом как будто придала ей сил. Аудитория, в которой разместился литературный клуб, оказалась на втором этаже и внешне ничем не отличалась от других таких же.
Но все равно с каждым шагом внутри что-то сжималось. В голове калейдоскопом проносились картинки из второго акта. Остановились они на теле мертвой Юри, с которым игроку хочешь не хочешь, а приходится провести все выходные. Бледная, синюшная кожа, запавшие глаза, пятна густеющей, почти черной крови, вытекающей из ран.
Брр… жутко. И жалко, не буду скрывать. Бедолага же ни в чем не виновата. В главного героя она влюбилась не по своим хотелкам, а по велению скрипта. Нахера ее с ума сводить, Моника?
Этот вопрос встал у меня в горле, когда я очутился перед дверью. Саёри потянула вниз ручку, распахнула створку и возвестила:
— Девочки, всем привет! У нас гости!
Я шагнул за ней следом. Теперь назад дороги уже нет. Будем знакомиться.
Глава 3
После оптимистичного возгласа Саёри в аудитории клуба повисла тишина. Весьма, к слову, некомфортная. Я остановился на пороге, захлопнув за собой дверь. Пальцы машинально затеребили лацканы пиджака. Три пары глаз мельком пробежались по Саёри, лишь отметив ее присутствие, и уставились на меня.