Конечно, можно сказать, что теоретизировать легко, а вот на практике… Но ведь Масару Ибука был и не теоретиком, а одним из первых лиц огромной могущественной корпорации. Поэтому возможности проверять свои идеи на практике у него были. Так, например, под его руководством в принадлежащих компании Sony яслях провели такой эксперимент: ставили самую разную музыку и смотрели, какая больше нравится детям. Результат превзошел все ожидания – самым большим успехом пользовалась 5-я симфония Бетховена. Модная попса оказалась где-то посредине рейтинга, а меньше всего малышей заинтересовали детские песенки.
«Я убежден, – резюмирует Масару Ибука, – что многие японцы не воспринимают западную классическую музыку просто потому, что в детстве они ничего не слышали, кроме детских песенок и национальной музыки».
Здесь имеет смысл сделать небольшое отступление и вспомнить, что он написал свою книгу в 1971 году. А сейчас, в эпоху глобализации, интернета и доступности почти любой информации, педагоги все чаще бьют тревогу из-за того, что слишком много детей не просто неграмотны или не хотят учиться, но часто просто не понимают того, что им объясняют. И речь вновь заходит о том, что этих детей просто не научили чему-то вовремя, не создали интеллектуальной базы, а в школе пытаться вложить им в головы какие-то знания уже поздно.
Недавно я получим письмо от 28-летней мамы из Фуджисавы, которая прочла в еженедельнике серию моих статей о раннем развитии. Из ее письма я узнал, что ее старший 2,5-летний сын начал запоминать марки автомобилей, когда ему было около 2-х лет. Уже через несколько месяцев он мог легко назвать около 40 автомобилей и японских и иностранных марок, иногда он мог даже назвать марку машины, которая стояла под чехлом. А немного раньше, наверное под влиянием телепрограммы «ЭКСПО-70», он начал запоминать флаги разных стран и теперь мог узнать и правильно назвать флаги 30 стран, включая такие, как флаг Монголии, Панамы, Ливана – флаги, которые и взрослый вспомнит с трудом. Этот пример говорит о том, что у детей есть одно качество, которого давно нет у взрослых. Ребенок наделен замечательной способностью по образам узнавать предметы, что не имеет ничего общего с анализированием, этому ребенок научится значительно позже. Прекрасный пример, подтверждающий эту гипотезу, – способность младенца узнавать лицо своей мамы. Многие малыши начинают плакать, если их берут на руки незнакомые люди, и успокаиваются и улыбаются на руках у мамы.
В качестве эксперимента мистер Исао Ишии давал уроки китайской письменности в нашей «Ассоциации раннего развития». Трехлетние дети легко запоминали такие сложные китайские иероглифы, как «голубь» или «жираф». Дело в том, что для ребенка, который без особых усилий запоминает даже малейшие изменения в выражении лица, трудные китайские иероглифы – не проблема. В отличие от абстрактных слов, таких, как «девять», он может легко запомнить слова, обозначающие конкретные предметы, такие, как «жираф», «енот», «лиса», как бы трудны они ни были. Поэтому нет ничего удивительного в том, что ребенок может обыграть взрослого в карты. Если взрослому сознательно приходится запоминать место, число и картинку, то ребенок обладает замечательной образной памятью.
Причем, было бы неверно думать, будто все эти рассуждения касаются только гуманитарных наук, а также восприятия литературы и искусства. Масару Ибука, будучи человеком с техническим складом ума, серьезно рассматривает и вопрос обучения маленького ребенка математике. И более того, даже делает вывод, что в раннем возрасте лучше начинать не с цифр и вообще арифметики, а наоборот с высшей математики. Нынешняя система обучения от того, что принято считать простым, к тому, что принято считать сложным, приводит к неповоротливости мышления.
«Одна из фундаментальных идей математики – теория рядов, – пишет он. – Взрослому, изучавшему сначала понятие числа, а потом геометрию и алгебру, понять ее довольно трудно. А для ребенка логику теории рядов или теории множества понять легко… «Ряд» или «множество» – это просто совокупности предметов с общими качествами. Ребенок знакомится с ними, когда начинает играть с кубиками. Он берет их один за другим, различая по форме: квадратные, треугольные и т. д. Уже в этом возрасте он хорошо понимает, что каждый кубик – это элемент «ряда», и что кучка кубиков – это один ряд, а треугольников – другой. Такая простая идея, что предметы можно сортировать в группы по определенным характеристикам, является главным принципом, который лежит в основе теории рядов. Для ребенка естественно, что он понимает простую и логичную теорию множеств легче, чем сложную и замысловатую логику арифметики.
Итак, я убежден, что традиционное представление, что арифметика проста, а алгебра трудна, – это еще одно заблуждение взрослых о возможностях детей. Мозг ребенка легко может воспринять логику теории множеств, что является началом для понимания основ алгебры».