Одна из фигур куталась в темный плащ, и черные волосы овевали тенью ее бледное лицо. Вторая была одета в светлые, мягко мерцающие в полутьме одежды, и ее золотые кудри вились водопадом солнечных лучей, заблудившихся в глубине ночи…
– Приветствую тебя, Эрхина дочь Эрха! – донесся до ее слуха бесплотный голос, похожий на шелест тихих волн во тьме. На нее смотрели темные глаза богини – два глаза, но Эрхина еще не поняла, что это означает.
– Приветствую тебя! – подхватил второй, звонкий, как песнь серебряной ветви с белыми хрустальными цветами.
Как к Лладу Прекрасному, к ней пришли две половины богини: светлая и темная. Во сне это все происходит, наяву?
– У меня плохие новости для тебя, Эрхина дочь Эрха! – заговорила Госпожа Ночь, и Эрхина плотнее вцепилась в подлокотники кресла. – Я принесла их тебе, и это будет мой ответ на тот дар, который ты невольно сделала мне.
– Дар! – вскрикнула изумленная Эрхина. – Какой?
Богиня посмотрела на нее и медленно мигнула. И Эрхине отчетливо вспомнилась ночь Возрождения Солнца – когда богиня Бат смотрела на нее одним глазом, потому что второй ее глаз тогда служил амулетом самой Эрхины. «…А если ты не справишься, я заберу мой глаз назад…» Так, значит… она не справилась?
– Твой амулет, называемый «глазом богини Бат», отныне принадлежит мне, – Богиня тут же подтвердила ее догадку. – Он на дне моря, в моих владениях, и человеческие руки никогда больше не коснутся его.
– Но почему, почему! – в отчаянном гневе воскликнула Эрхина, готовая требовать ответа даже с богини. – Разве я не справилась? С чем я не справилась? Ведь я всегда и всеми силами оберегала свою честь, а это и твоя честь!
Госпожа Ночь, не отвечая, смотрела на нее темными и бездонными, как сама предначальная бездна, глазами. «Ищи себя в Богине и Богиню в себе…» Она искала в себе Фрейю, могучую и многоликую… а нашла… только темную ее сторону, только Бат?
– Но пусть отчаяние не терзает тебя! – поспешно, как добрая норна, стремящаяся исправить пророчества злой, заговорила Госпожа Свет. – В каждой потере есть приобретение, имей лишь терпение понять, в чем оно. Ты лишилась амулета, и теперь тебе предстоит не выбрасывать силу своей души в бездну, а переплавлять зло души во благо, из слабости добывать силу. Никто другой не сделает тебя совершеннее, чем ты сама, и амулет скорее вредил тебе. Работой внутри своей души ты достигнешь мудрости и равновесия, и те испытания, что ждут впереди, и будут ценой твоей мудрости.
– И тот, кого ты ждешь, покинул тебя навсегда, – продолжала неумолимая Госпожа Ночь. – Любовь к тебе ушла из его сердца, и отныне он будет искать радости в любви других женщин.
– Борьба ваша была предначертана судьбой: как Орел на вершине и Змей под корнями, как тьма и свет, вы вели борьбу со второй половиной собственного «я», и в этом ваше благо, потому что без борьбы нет движения вперед. Вы сражались, как Бог и Богиня, потому что такова ваша природа, и оба вы станете сильнее и мудрее в этой борьбе.
– Ты причинила зло ему, а он тебе! – не сдавалась Госпожа Ночь, и слова ее легче доходили до сознания Эрхины. – И теперь не будет вам покоя, пока оба вы живете на свете, пока один из вас не уничтожен мстящей волей другого!
– Ясно теперь, что нет среди вас победителя, нет и побежденного! Сама судьба послала вам испытание этой встречей. Благодаря ей каждый из вас ощутил в себе божество. Так пусть же Река Поколений вынесет к свету вас обоих!
– Радость из гнева теперь единственная доступна тебе!
– Но почему же он так легко отделался? – Даже сейчас Эрхина не могла выбросить из мыслей свою обиду. – Он ничего не потерял! Разве он совершеннее меня?
– Его дух более цельный, – пояснила Госпожа Свет. – Он открыто говорит то, что думает, и делает то, что хочет, поэтому вся его сила остается при нем. А тебе приходилось скрывать истинные желания в угоду внешнему достоинству, и это обедняло тебя. Но не завидуй ему. И он заплатит свою цену, не ниже твоей. Он – твой Повелитель Тьмы. Он уничтожил тебя и тем возродил для новой жизни, в которой твоим амулетом отныне будет твое сердце.
Эрхина вскочила и протянула руки к призрачной фигуре, словно умоляя замолчать. Она и так услышала больше, чем могла вынести. До ее сознания едва доходил смысл спора двух богинь, таких разных и притом единых, как свет и тьма. Она понимала только то, что относилось к ней, но меньше всего была способна увидеть благо для себя в том, что совершил Торвард. Погибли все ее надежды! Он разлюбил ее, и у нее нет никакой власти над ним! Она брошена, опозорена в глазах людей и богов. Ее амулет погиб, и напрасны все ее жертвы! И в этом виноват он, разбивший ее жизнь!