— Проходите, — сказала она, посторонившись и пропуская Ликта. Раир стоял, глядя на неё, и где-то в глазах пряталось насмешливое выражение. Виктория почувствовала, что сейчас взорвётся (и ей очень хотелось взорваться), но заставила себя успокоиться и сказать ровным голосом (с такой же долей насмешки, как и в глазах её собеседника):
— Проходите, я не собираюсь тратиться вам на подарок, мне просто нужно закрыть дверь.
Раир вошёл, несколько досадуя на себя, что не нашёлся с ответом. Девушка кинула в проход объемистый сверток, глухо звякнувший о каменный пол под слоем вековой пыли, сказала Ликту зажечь факел из стойки в углу (где их достаточно было на целую роту), вынула из "замочной скважины" и вернула на шею медальон и вошла сама. Убедившись, что факел светит, она потянула рычаг на себя, а когда стена скользнула на место, дёрнула тёплую рукоятку — меч, негромко зашуршав, легко вынулся. Первым делом девушка хотела разглядеть его хорошенько, но увидев, как на неё смотрит Раир, решила отложить это исследовательское мероприятие на неопределенное потом.
— Прежде, чем идти, давайте разберемся, что у нас есть, — предложила она, приседая на корточки перед своим весьма основательным узлом. — Ликт, посвети, пожалуйста.
Часа приблизительно через пол, разобрав припасы, одежду и оружие, трое двинулись в путь, освещая коридор двумя факелами.
— Ликт! — тихонько позвала Вика. — А он кто? Этот Раир…
— Живая легенда, — ухмыльнулся Ликт. — Странствующий рыцарь Раир Лаолиец, он же Ведоирре, Северный ветер. Главный враг моего бывшего (это слово Ликт сказал с особым удовольствием) хозяина.
— Псих-одиночка? — подняла одну бровь Вика. — Один в поле не воин, разве нет?
— Этот — воин, клянусь зубами моей бабки! Я ж говорю, живая легенда…
— И что он тут делает? — скептически покосилась через плечо Вика.
— А пёс его знает! — весело пожал плечами Ликт. — Если б он не попался, через пару дней весь Кадар гудел бы, уж верно: все бы знали, зачем сюда приходил Лаолиец. А теперь… Если сам не скажет, что вряд ли…
— Попался? Так он в тюрьме был?
— Ага. Почти: там перед пыточной каморка такая, для временно заключённых…
— И как он оттуда вышел?
— Я выпустил, — небрежно сказал Ликт. — Охрана — олухи, — пояснил он и подмигнул Вике.
Разговор заглох. Вика шла впереди, где-то раз в десять минут пытаясь ответить, как далеко ещё до выхода. Говорить о том, о чем не было ни малейшего представления, получалось у нее из рук вон плохо. Наконец она решила, сама не зная, почему, что подземный ход должен быть должен быть длиной километра в два, а так как шли они уже около двадцати минут, оставалось всего метров шестьсот. Растолковав, что метр это примерно два шага, и выяснив, что во всех почти странах измеряют именно шагами, Вика была на время оставлена нетерпеливым Ликтом в покое, так как он взялся от нечего делать считать шаги. Она шла и представляла, что будет, когда они пройдут эти злосчастные шесть сотен метров, а выхода не наметится и в помине. Она уже жалела, что вообще ввязалась в это.
— Тысяча сто, — вслух сказал Ликт. — Уже должно бы светлеть!
Света не было. Вика так и видела выражение лица Раира.
— Сто пятьдесят, — сказал Ликт.
Проход вдруг свернул и круто пошел вверх. Впереди завиднелся голубоватый свет.
— Есть! — воскликнул Ликт.
— Вначале посмотрим, где мы оказались, — сказал Раир.
Никто не возражал, и они посмотрели. А оказались они, пробравшись сквозь кусты, на залитой лунным светом естественной террасе на склоне оврага, поросшего чахлой дикой вишней и кустарником с феноменально цепкими ветками. Кое-где росли ободранные какие-то кусты боярышника с начинающими краснеть терпкими ягодами. Дно оврага было почти ровным и с виду удобным для ходьбы.
— Ты знаешь это место? — спросила Вика Раира, предлагая пока перемирие. Тот перемирие принял.
— Да. Это Вишнёвый овраг. Если идти сперва по нему, потом дальше прямо на восток, то мы, поторопившись, возможно, будем в горах уже на шестые сутки.
— При условии, если никого не встретим, — вставил Ликт.
— И при некоторых других "если", — кивнул Раир. — Наиболее неприятным из них мне представляется "если не случится ничего непредвиденного".
— Тшш! — вдруг прервала его Вика. — Смотрите!
Внизу, прямо под террасой, где они расположились, что-то неспешно двигалось. По рассмотрении нечто оказалось лошадью под седлом и взнузданной. Неподалёку обнаружились ещё две, а под развесистым кустом сирени с посеребренными луной мягкими листьями — их хозяева: трое спящих вповалку вооруженных людей. Которых Ликт и Раир идентифицировали как кадарских солдат.
— Шесть суток, это ж пешком имелось в виду? — тихо спросил Ликт.
— Верхом выйдет, я полагаю, втрое быстрее, даже если мы не станем гнать во весь опор.
Переглянувшись, они направились вниз.
— Постойте! — сказала Вика. — А что если они проснутся?
— Я б на их месте лучше дрых, — пожал плечами Ликт.