3. И увидел Бог, сколь унижены мы, и, узрев наше смирение, милостиво освободил нас. За нас Он сражался, и низвел Он врагов наших в ничто. Бог по своему обыкновению всегда побеждает и никогда не бывает побежденным; Он превосходит, но Его превзойти невозможно; Он не обманывает, и [никто не введет Его] в заблуждение. Воистину Он — Царь, и правит Он справедливо!
4. А как может быть королем тот, кого одолевают пороки? Неужели тот достоин называться королем, кто никогда не подчиняется закону? Он и закона Божьего не придерживается, и не защищает [его]; и поскольку Бога не боится, то имеет страх перед человеком — врагом своим. Прелюбодей ли он, клятвопреступник или нечестивец — таковой лишается титула королевского. Если он лжив и коварен, то кто поверит ему? И если он милостив к нечестивцам, то как услышит его Бог? И если он разрушитель церквей и притеснитель бедных, то он не царствует, а сеет смуту.
5. Так будем вместе с Царем Всевышним и упования свои возложим на Него и не смешаемся же мы в вечности.
Глава 22
1. И в такое вот трудное время Евстахий, избранный хранителем земли нашей, умер от болезни за 17 дней до июльских календ{761}
. Тогда избрали его преемником Гильома де Бура, владевшего в то время Тивериадой{762}.Глава 23
1. После этого, в середине августа, милостью Божьего промысла, король Иерусалима Балдуин высвободился из темницы и оков Балака, в коих он содержался в одном замке. Этот замок располагался в неприступном месте, на очень высоком холме, и поэтому им трудно было овладеть{763}
. Вместе с Балдуином сюда был заключен Жослен, граф Эдесский, и некоторые другие пленники. Рассказ об этом деле достаточно долог, однако он отмечен вмешательством свыше и украшен удивительными чудесами.2. Итак, узники, уже долгое время томившиеся в заточении в замке и не рассчитывающие на какую-либо помощь, начали часто совещаться и обсуждать между собой, могут ли они каким-либо образом вырваться отсюда. Они не переставали через своих верных гонцов просить повсюду друзей оказать им помощь. Кроме того, они постарались разного рода способами договориться с проживавшими вокруг армянами, дабы те остались их верными помощниками, если однажды они смогут извне получить от своих друзей подмогу.
3. И когда после нескольких подарков и множества обещаний все это с обеих сторон было скреплено клятвой, из города Эдессы весьма благоразумно было направлено примерно 50 бойцов{764}
. Те, подобно самым последним беднякам, привезя товар и торгуя им, по представившейся возможности потихоньку проскользнули к воротам внутреннего замка.4. В тот момент, когда начальник привратников у самих ворот неосмотрительно играл в шахматы с одним верным нам человеком, наши люди очень хитроумно и расчетливо приблизились, словно собирались пожаловаться ему о нанесенной им обиде. И вот, разом отбросив малодушие и страх, они выхватили из ножен кинжалы и быстро расправились с ним. Вооружившись найденными там копьями, они, не мешкая, начали разить и убивать.
5. Сразу же поднялся очень сильный шум, отчего все — и внутри, и снаружи, — пришли в волнение. Однако те, кто спешно сбежался на эту суматоху, еще быстрее были убиты. Там было около сотни турок. После этого немедленно были освобождены из темницы заключенные в ней король и остальные.
6. Некоторые были все еще в оковах, когда по лестницам взбирались на вершину стены; и после того, как над Цитаделью было поднято христианское знамя, всем стала известна правда об исходе дела. В этой же цитадели находились жена Балака и другие, кто был ему наиболее дорог.
7. Турки же немедленно окружили замок со всех сторон, и всем, как тем, кто внутри, так и находящимся снаружи, было запрещено входить и выходить оттуда. Ворота были закрыты на засовы.
Глава 24
1. Полагаю, что не следует обходить молчанием тот факт, что Балаку было открыто об этом злоключении через одно видение. Приснилось же ему (о чем он сам впоследствии рассказал), что Жослен вырвал ему глаза. Немедленно поведав об этом своим жрецам{765}
, он постарался выведать у них, что означает этот сон. «Истинная правда, — сказали они ему, — это или что-либо подобное случится с тобой, если ты угодишь к нему в руки». Услышав об этом, Балак спешно отправил своих людей убить [графа], дабы не быть убитым им, как то предвещали ему. Но прежде, чем его телохранители{766} добрались до графа, тот, по милости Божьей, уже бежал из заточения следующим образом.