А функционировала Игра так. Ровно в двенадцать часов ночи следовало произнести несколько весьма древних и сильных заклинаний, упомянутых в пособии «Черная, белая и оранжевая Магия Семиречья и примыкающих к нему государств. Секретное издание», написанном магом Зибударом Карутамским из Арабских Эмиратов. После этого зажигался маленький кусочек смолы ели, обязательно голубой, и, после того, как кристалл кварца начинал светиться красноватым светом, в отверстие одного из верхних квадратов бросался кубик для игры в кости. Несмотря на то, что никакого механического завода у Игры не существовало, кубик долго мог носиться по внутренностям куба, то скатываясь вниз, то неожиданно подпрыгивая, звонко ударяясь о стенки. В небольшом окошке, с противоположного кристаллу бока, было несколько цифровых и буквенных счетчиков; их показания при этом хаотично менялись, но имели, в конечном итоге, решающее значение для последующих действий человека, вызывающего Духа.
Кубик выкатывался из многочисленных желобков и падал в один из нижних квадратов поддона. Выпавшая на нем цифра говорила о шансах на успех конкретного предприятия, а показания счетчиков указывали на место начального события, которое и должно было привести к желаемому результату. К Игре прилагалась очень подробная карта города, плотно расчерченная координатной сеткой с ценой деления в тринадцать ярдов. Соотнося с ней выставленные на счетчиках буквы и цифры, следовало отправиться в определенное время и место и… А там следовало действовать по ситуации, более Дух ничего не сообщал.
Игра далеко не всегда выбирала конкретное решение вопроса. В правом верхнем углу поддона существовал квадрат с надписью «Еще рано», и чаще всего кубик падал именно на него. Оно было и понятно — судьба милостива, но не расточительна. Да и шансы были по большей части невелики — из шести возможных Мартин поначалу получал «два», «три», «четыре»…
Еще сложнее было сориентироваться на
Перекресток оказался пустынным, если не считать мороженщицы на углу, наискосок от Мартина. Но она была безобразна, и лет ей было под пятьдесят. Да и вообще, ему вовсе не хотелось мороженого в этот хмурый промозглый день… Рядом с ним находился антикварный магазин, за широкими витринами, уставленными различными старинными канделябрами, статуэтками эпохи Мин и тому подобным, за которыми суетились улыбающиеся продавщицы, обхаживая, видимо, какого-то важного клиента. Мартин старался не отвлекаться на них.
Минут в пять второго, когда у него от волнения уже тряслись поджилки, на перекресток вышла хорошенькая девушка в лисьем полушубке, остановилась и начала чего-то ждать, нервно оглядываясь и покусывая прелестные губки.
«Вот оно!» — решил Мартин и на негнущихся ногах подошел к ней. Если Дух говорит, что это она, то значит, это она. А как же иначе?
— Добрый день… — промямлил он, сжимая в плотной ладони молоток.
Девушка удивленно воззрилась на него и, увидев молоток, испуганно шарахнулась в сторону. Проклиная все на свете, Мартин спрятал его в просторный карман пальто.
— Вы не так поняли! — горячо воскликнул он. — Я… это… Мы должны… Игра! Она сказала!
Девушка изумленно изогнула тоненькие брови и отошла еще на шаг.
— Не подходите! — пролепетала она. — Я закричу… — ее взгляд заметался из стороны в сторону.
Мороженщица тут же с интересом уставилась на них, не обращая внимания на мальчишку лет семи, боязливо протягивающего ей в сжатом грязном кулачке пару монеток.
— Послушайте! — взмолился он. — Я не причиню вам вреда! Видите ли, я сделал Игру, Игру Судьбы. Поставил на… «Любовь», — смущенно добавил он, — и мне она велела идти сюда… Ведь это
— Я?.. Нет, вы что-то путаете… Я вызову полицию!
— Нет-нет, погодите!..
— Я не сделала вам ничего плохого! — лепетала девушка.
— Успокойтесь, пожалуйста! Прошу вас! Меня зовут Мартин, да… Мартин. У меня неплохая квартира, и я не курю и не пью… Ну, совсем чуть-чуть… Хожу в церковь… иногда… Мы поладим, вот увидите!
Девушка медленно пятилась, пока не уперлась спиной в витрину.
— Это судьба, поверьте мне! — продолжал он. — Нам предначертано!
— Генри… — слетело с ее губ. — О, Боже, Генри, где же ты?!