Он, как ни в чём не бывало, переоделся в свежие джинсы и свежую рубашку из такого же чёрного шёлка, как и та, в которой он пришёл на встречу. Иса догадалась что у него на корабле, по-видимому, целый склад подобной однотипной одежды и непримянула этим поинтересоваться.
- Сколько у тебя таких рубашек?
- Не знаю, - Дезмонд пожал плечами, - достаточно, чтобы хватило на месяц на этой планете.
- Интересно, а летом тебе в них не жарко?
- На лето есть футболки.
- Тоже чёрные?
- Да.
- Их столько же, сколько рубашек?
- Плюс-минус да.
Иса не стала спрашивать, сколько у него чёрных пальто на зиму. Заподозрила, что у корабля где-то есть двойное дно.
Примерно на этом месте её и прервал звонок телефона и многозначительный взгляд Дезмонда, в котором так и читался вопрос, всё-таки заставил её отбить звонок.
«Не могу говорить», - отстучала она в месенджере. «Как только буду в городе перезвоню»
«Срочно нужно встретиться. В офисе. Через два часа».
Иса дёрнулась, машинально пытаясь посмотреть на запястье и только тут поняла, что часы вместе с одеждой лежат в одном из жилых отсеков корабля.
- Интересно, как, по его мнению, я должна добраться до Нью Йорка за два часа? – пробормотала она.
Дезмонд молча поднялся и отправился в рубку. Двигатели зарокотали, ускоряя ход, а Ису вдавило в спинку дивана с силой нескольких g.
Корабль приземлился за городом спустя сорок минут. За это время Иса едва успела коснуться спрятанного под ворохом одежды пластикового пакета. Открыла его, заглянув внутрь, увидела стопку страниц, исписанных аккуратным, угловатым, но торопливым подчерком. Иса не знала, кому этот подчерк принадлежит. Точно не Авроре, потому что у Авроры буквы были изящными и летящими, а хвостики изобиловали вензелями, как будто каждая её записка должна была когда-нибудь стать музейным экспонатом.
Текст был написан на саусе – самом древнем из известных Инэрис языке империи. Она знала его, изучала, когда многие после неё изучали латынь. Знал ли саус Дезмонд, Иса не знала, но на всякий случай, когда он показался в комнате, поспешила спрятать находку.
- Я бы приземлился прямо на крыше твоего офиса, только боюсь, ваши аборигены перепугаются, увидев НЛО, - сказал он. – Но байк в грузовом отсеке, могу прокатить с ветерком.
Иса ухмыльнулась, представив себя на заднем сидении байка, и покачала головой.
- Спасибо за предложение, но это не моё, - она указала взглядом на стопку одежды, под которой была спрятана рукопись. – Оставишь меня на минутку одну?
Дезмонд кивнул и, выйдя в коридор, прислонился спиной к стене.
Когда трап откинулся на землю, и Иса шагнула на его металическую поверхность, свежий, наполненный запахами хвои воздух ударил ей в лёгкие… и грудь надорвала боль. Скрипнув зубами, она попыталась удержать равновесие, мысленно приклиная себя и законы природы за несвоевременность этого приступа.
Дезмонд мгновенно оказался рядом, подставил руку, так что Инэрис заметила, что он поддерживает её, только когда всё уже прошло.
- Кто бы мог подумать, что у капитана Генс Ларты морская болезнь? – кривая усмешка играла у него на губах.
- Да уж… - пробормотала Инэрис и поспешила шагнуть вперёд, чтобы он не увидел выражения её лица.
- Если речь о той операции, которую мы обсуждали, то всё идёт по плану. Келли нужно время, чтобы закрепить внедрение… - Иса села на диван в кабинете Джона и закинула ногу на ногу. Она никогда не испытывала симпатии к этому человеку и никогда не признавала всерьёз его главенства. Иса уважала Джона, потому что хорошо знала, насколько чёткий интеллект скрывается за невзрачным и немолодым лицом. Знала кое-что и о его прошлом, и о том, что оно было куда тяжелее, чем можно было подумать, глядя на его серый пиджак.
Но Иса знала также, что их цели в корне различаются, а дорога совпадает только до тех пор, пока её интересы не противоречат интересам государтсва. В конечном счёте на любые государства Земли ей было наплевать. Иса привыкла мыслить категориями человечества и общего блага, которые не зависели от национальностей, и то, что те, кто её учил, сами мало чем отличались от Джона, ничего не меняло.
- Нет. Есть более важный вопрос.
Джон протянул ей планшет и, повернув его экраном к себе, Иса сглотнула. Весь экран занимала фотография. Лицо человека, изображённого на ней, было ей слишком хорошо знакомо. Машинально, стараясь не выдать своего интереса к «объекту», Иса перелистнула страницу. Наверное, глаза её предали, потому что этого человека она и вовсе давно записала в число мертвецов.
- Кажется, ты их знаешь, - заметил Джон.
- Пересекались несколько раз.
Исе самой стало смешно от собственных слов. Если в отношении Анрея, герцога дома Аркан, это заявление было полной правдой, то сказать то же самое о Калене Фэроу она могла только с большой натяжкой.
Сердце забилось быстрей при мысли о том, что Фэроу ещё жив. Из всех людей, кого она помнила по временам империи, только Фэроу понимал её по-настоящему. Сейчас, спустя годы, она могла бы сказать, что считала его другом. По крайней мере до того момента, когда Фэроу предал и её, и учение Ордена.