Нас встретили в красивой белой комнате, уставленной диковинными цветами в горшках. Брат и сестра, как обычно, в зеленом, приветствовали нас с чаем и угощениями. Встреча носила не официальный характер, но сердце билось часто. Я волновалась.
— Здравствуйте, Эмбер и Адам! Очень рады вас видеть! И я от себя и от Дмитрия скажу, что довольна результатом вашей работы. За три месяца Пустошь и Андарион воскресли. Мы считаем, очень скоро они справятся и без нас.
— Здравствуйте, — слегка кивнул Адам, опережая меня, — Благодарю от нас обоих.
— Да, простите, я присяду. Малыш не дает мне покоя.
— Конечно, милая.
Диана засуетилась, поднялась, но тут же присела. Адам сам помог мне, пододвинул стул и усадил на него. Мы расположились напротив пары.
— Вы уже дали имя малышу? — Поинтересовался Дмитрий.
— Люций, — ответила я, не задумываясь, — Или Люк, если называть иначе. Он стал нашим светом. Все, что я делала, совершала опираясь на желание дать ему свободное будущее.
— Люций, — повторил Адам. Он смотрел на меня своими огромными голубыми глазами с пеленой влаги, не свойственной военному. Супруг сжимал мою ладонь крепче и не удержался, поцеловав при всех. Это вызвало у Дианы и Дмитрия умиление. Оба поздравили нас.
Затем Диана спросила люблю ли я Землю. И я рассказала о своем страстном увлечении планетой предков. О том, как добывала информацию и, даже утратив память, искала правду об Андарионе из энциклопедий.
— Земля все равно, что волшебство для ребенка, — закончила я, разводя руками, — Потому я восхищена тем, что я вижу у вас. Эти растения и аромат цветения…
— Тогда у нас к тебе есть вопрос, собственно, ради которого мы позвали вас обоих.
Я замерла. В груди что-то защемило, а в горле появился ком от волнения. Захотелось воды, но я боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть землян.
— Эмбер, в наших экспедициях не хватает толковых программистов. Есть возможность развить систему, сделать ее интуитивно понятной. Мы видели, как ты работаешь на кордонах и что делаешь для военных. Это очень пригодится в миссиях к Земле. Знаем о твоем положении, поэтому есть предложение вступить в ряды космической группы ученых и десанта для участия в высадках на планете Земля после рождения сына. Естественно, это предложение касается и Адама. Он уже знает, мы направили ему предложение стать главнокомандующим отряда десанта в миссиях к Земле по линии зеленого маршрута. Для вас будет выделена просторная каюта, все условия, искусственная гравитация и питание. Работать придется много, но опасность исключена. Родная планета проходит стадию очищения. Ее природа девственна и безопасна. Однако для переселения мы должны провести огромное количество работ, к которым, надеемся, вы будете причастны.
Дмитрий сложил руки перед собой, с интересом наблюдая за моей реакцией, а Диана улыбнулась, все поняв и без слов.
— Вы шутите?
Я повернулась к мужу. Он сиял. Как же Адам смог скрывать этот секрет? Сколько?
— Я… Не могу поверить! Конечно! Господи, я сейчас рожу от счастья. Что же вы со мной делаете!
— Тише, Эмбер, — Адам взял меня за руку, но я уже поднялась и крепко обняла его.
— Простите… Я просто так увлечена, что трудно поверить.
— Вы готовы принять предложение?
— Да! Безусловно, я готова его принять!
— Отлично! Не волнуйтесь об Андарионе и ваших друзьях. Миссия занимает три месяца, затем вы возвращаетесь сюда и проходите трехмесячную подготовку с обязательными работами здесь, после чего мы вновь отправляем корабль к Земле. В наши цели входит озеленение и восстановление лесов Андариона. Мы многое утратили, включая защитную систему леса, оберегавшего почву от истощения солнцем. Вам придется потрудиться
— Я готова!
Я бы повторяла это, даже если бы мне сообщили, что за работу никто не заплатит. Но для меня и для главнокомандующего предоставили жилье. Большой просторный дом. Я выбрала Орто, недалеко от вышки с зернохранилищем. Там же поселилась Анна с Генри. Последние месяцы мы ходили с ней смотреть на закаты вдвоем. Так вышло, что срок беременности совпал. Но она ждала близнецов, отчего еще пуще бранилась на супруга. Но я-то видела, как она желала скорейшего рождения своих девочек. Ждала, как не ждала даже я своего первенца.
Роды прошли с разницей в три дня. Я была на стажировке в центре города, когда отошли воды. Адам на западном кордоне. Он узнал, когда меня отвезли в родильное. С ума сходил, чтобы успеть, поругался с Эбеном, когда тот не позволил войти в палату, куда и сам не вошел. Военного впустили после того, как меня с малышом уложили на кровать и готовили к переводу в личную палату. Помню, как он вошел весь мокрый от бега, пшеничные волосы взлохмачены, а грудь вздымалась от сбившегося дыхания. Увидев малыша, он упал на колени и впервые проронил слезу, обнимая крошечный комочек в белых простынях.