Эльфийский принц с убийственным именем промолчал, источая равнодушие ко всему миру, или, по крайней мере, той его части, что носила имя Фатика Джарси, а Виджи налила себе из чайника какого-то дымящегося настоя с ароматом душицы. Ее руки немного дрожали; тонкие запястья в обрамлении белых кружев казались прозрачными. И еще одна деталь: ее волосы потускнели - уже не блестящее, а старое золото. Гритт, видимо, такова плата за исцеление магией, или эльфийскими лекарствами, или чем там они исцелились.
Она отпила из чашечки и вскинула голову:
- Нам нужен варвар с гор Джарси. Лучший из лучших. И это вы, Фатик.
Я хмыкнул:
- И чтобы заполучить его, понадобилось сдернуть с меня последние штаны?
- Простите, Фатик. Наше дело настолько важно, что пришлось пойти на крайние меры, чтобы... - она помедлила, - вас
- Разделать как бог черепаху, если точнее. Бросить в сточную канаву и плюнуть вслед, ага.
- Только не сердитесь, умоляю! Вы углубились корнями в Харашту, спрятались под панцирь от прежней жизни, покинув клан Мегарон, бросив дело вашего рода, чего до вас не сделал ни один варвар! А ведь испокон веков все члены кланов Джарси были странствующими героями! Суровые и молчаливые...
Я громко расхохотался.
Где она понаслушалась этих баек? Спокон века основным занятием кланов Джарси был "перевальный бизнес". Если ты живешь в горах, через которые постоянно снуют торговые караваны, почему бы тебе не трясти с них умеренную пошлину, а? Если нет золотишка - поворачивай оглобли. Будешь борзеть - получишь по рогам. Заодно мы оберегаем торговые пути от набегов коричневых гоблинов с севера. А так - мы ребята мирные... Если нас не трогать. Да, какой-то мудрец много сотен лет тому распространил в Джарси этический кодекс, который снизил нашу агрессию, сделал... Гритт, я не подберу другого слова - благородными? Даже мой брат, оболтус Шатци, несмотря на то, что на голову слаб, никогда не унизит женщину, не опустится до завоеваний и кровавого разбоя. "Йя жьиву, йя убьиваю, йя радостный!", - каким же надо быть болванищем, чтобы так говорить!
А, насчет суровых и молчаливых: девочка, таких трепачей как варвары Джарси, еще поискать!
Эльфы смотрели на меня неподвижно и молча. В глубоких глазах Виджи застыло выражение детской обиды.
Ладно...
- Старейшины посылают во внешний мир лишь немногих, - сказал я, с неудовольствием ощутив в своем голосе извинительные нотки. - Представьте, если бы по континентам шлялась куча варваров Джарси... Для нас бы и работы столько не сыскалось... Небо, на эти дела всегда подряжали лучших из лучших. Мы работаем, приносим деньги для клана... Дедуля Трамп в свое время выбрал меня...
Виджи быстро кивнула:
- Вы были лучшим!
- Был... в свое время. Сейчас момент упущен.
- Вы стали отщепенцем, вы превратились... в
- Спрыгнули на извилистый путь! - добавил принц, словно моя дорога и впрямь пролегла через лабиринт портовых борделей.
Я поскреб в затылке, с трудом сохраняя спокойствие.
- Понимаю, к чему вы клоните. Но про меня лучше говорить "коммерсант широкого профиля". Угу, я прогулялся по миру, набрался опыта, ран и заноз. Постепенно мне расхотелось быть героем по найму, да и возвращаться к простой клановой жизни - тоже. Я, знаете,
Принц с непроизносимым именем что-то чирикнул на эльфийском. Виджи не ответила, неподвижно глядела на меня. Ее глаза... знаете, если бы я писал стихи, я бы сказал - "ее глаза манили". Бывает такое, нечасто, но бывает: встретил женщину и понял, что при удачном раскладе она станет твоей спутницей жизни навсегда. Угу. Только жаль, что я встретил...
Спокойно, Фатик, не кипятись.
- Я был торговцем, букмекером, выкупил доли в гостинице и парочке харчевен, держал бригаду грузчиков в порту, когда на всем этом погорел, начал торговать, всем, чем только можно... Такая жизнь мне по нраву, в торговых делах порой опасности больше, чем в самой серьезной переделке моей
Я замолчал, хотя мог бы добавить, что всякий раз бил мимо цели. Я покупал дорого, продавал дешево, мне нравилось разнообразие в делах, и все шло отлично и разнообразно, пока я не скатился на самое дно.
Она всплеснула руками:
- Вы занимались этим, чтобы избыть себя прежнего!
Я кивнул: