Читаем Иная жизнь Евы полностью

«Надо вести себя естественно, надо вести себя естественно…» – пронеслось в голове. И тут же появился вопрос, всегда ли нужно было называть своего парня «Любимый» или «котик» или «Зайчик»? Я не знала об отношениях между парнем и девушкой ни–че–го.

– Круть! Ты лучше всех, – Рома быстро наклонился ко мне и чмокнул в губы.

Так, значит, мое поведение не показалось ему странным. Но от поцелуя меня передернуло. Нет, Волков, конечно, остался все тем же красавчиком, но внутри меня все равно блуждало чувство отвращения.

Спокойно, Ева. Здесь Рома твой молодой человек.

Стоило только мне остаться в одиночестве, как Вика с Мариной тут же опустились за столик, любопытство которых сильно раздражало.

– Что он тебе сказал? – глаза Вики горели от любопытства, – Вы будете ужинать в Амплуа? Ох, как это романти–ично! Неужели все случится именно…

– Вика! Не здесь! Головой–то думай! – шикнула Марина и озабочено поинтересовалась, – Ты уже меньше нервничаешь?

– Да, все отлично, – я аккуратно кивнула, доставая свой диетический завтрак, состоявший из йогурта, яблока и апельсинового сока.

– О, ты еще на сниженных калориях? Сколько ешь? Тысячу двести? – Марина удивленно вскинула брови, – Такая сила воли, я бы не смогла… А вы знали, что если пить свежевыжатый сок…

И далее я выслушала целую лекцию о важности правильного питания. Подруги говорили и говорили о калориях, белках, жирах и углеводах, постоянно подсчитывая, кто и сколько съел за день. И в голове мгновенно появилась картинка того, как я ежедневно считаю и записываю, записываю и считаю все то, что можно съесть. А пока будешь записывать, есть вообще расхочется. Получается, что весь день будешь думать только о еде. Бред какой–то. Но, чтобы не вызывать лишних вопросов, я просто продолжала молча ковырять низкокалорийный обезжиренный йогурт, консистенция которого больше напоминала сопли, чем молочный продукт.

– Девочки, – я заговорила, когда подруги достали свои смартфоны и принялись фотографировать еду для выкладывания в Инстаграм, – Какие планы на вечер?

Терпеть фотосессию тарелок было определенно выше моих сил.

– О, – Марину явно обрадовал мой вопрос, девушка даже оторвалась от телефона, – Смотрите, кто заговорил! А ты вечером планируешь к нам заехать?

– К вам? Заехать? – я захлопала глазами.

– Не, Марин, у нее свои планы, – Вика подмигнула, – Она сама не своя, ногти грызет, волосы постоянно трогает, на фэйсбук не заходила два дня, сутки в инстаграм ничего не выкладывала… К нам они точно не заскочат.

– Эй, – Колосова засмеялась, – Если найдете время, подкатывай на наше предвыборное пати, будет весело, если Ярик опять напьется, как вчера, и начнет нести бред про конституцию.

– Он читал рэп! – веселилась Вика.

– Ну да, рэп. На ютубе уже десять тысяч просмотров, – вторая подруга пожала плечами, – Надеюсь, ты еще помнишь, где я живу?

– Помню, – я рассеяно пыталась понять, о чем вообще шла речь, – И что, мы каждый день так…собираться будем?

– Та–да–да–дам! – Марина постучала по столу, – Госпожа будущий президент, ваша идея была повеселиться напоследок. Потом–то придется стать паинькой. Если, конечно, ты настаиваешь, я все отменяю…

Выборы?! Госпожа будущий президент?! Я?! Что за чертовщина?!

Мне не совсем отшибло память. Я прекрасно помнила, что по традиции раз в год все ученики в школе выбирали одного выпускника, который будет активно отстаивать интересы нашей школы на публичных собраниях, а так же будет являться представителем школы на встречах с городской властью. Этот человек должен был вести список необходимых нововведений в школе, заниматься делами прогульщиков, проводить школьные собрания…

Все это звучало очень интересно и вдохновляюще, но на деле должность президента школы была просто фикцией. За этот пост на протяжении всего времени моей учебы боролись самые властные и популярные личности в школе, для которых главным признанием их величия была победа на этих чертовых выборах. Им всем было плевать с высокой колокольни на прогульщиков, права учеников, на городские собрания и прочую дребедень. И кто был главным кандидатом на пост президента в мире Евы Серовой? Правильно, Марина Колосова. Но здесь и сейчас все кардинально изменилось.

– О! – я так и застыла с ложкой полной йогурта в руках.

– Марин, не пугай ее так! – Вика заботливо положила руку на мое плечо, – Никто ничего не отменит без твоего согласия.

Надо срочно взять себя в руки! Вдох–выдох, вдо–ох и вы–ыдох!

– Конечно, мы заскочим к вам на пати! – я сделала голос как можно более веселым, – Это будет крутым продолжением вечера! На самом деле мне и в ресторан с Волковым совсем не хочется!

По удивленным глазам подруг я поняла, что последнее предложение было явно лишним, пришлось быстро исправлять ситуацию.

– Нет, ну а что! Сидеть и жевать салат с креветками под музыку из прошлого столетия, – примерно так я представляла себе Амплуа, – Даже в инстаграм нечего выложить. Скукотища. Рома не умеет делать сюрпризов.

– Нам казалось, что ты мечтала об этом вечере, – Вика растеряно заморгала.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чудаки
Чудаки

Каждое произведение Крашевского, прекрасного рассказчика, колоритного бытописателя и исторического романиста представляет живую, высокоправдивую характеристику, живописную летопись той поры, из которой оно было взято. Как самый внимательный, неусыпный наблюдатель, необыкновенно добросовестный при этом, Крашевский следил за жизнью решительно всех слоев общества, за его насущными потребностями, за идеями, волнующими его в данный момент, за направлением, в нем преобладающим.Чудные, роскошные картины природы, полные истинной поэзии, хватающие за сердце сцены с бездной трагизма придают романам и повестям Крашевского еще больше прелести и увлекательности.Крашевский положил начало польскому роману и таким образом бесспорно является его воссоздателем. В области романа он решительно не имел себе соперников в польской литературе.Крашевский писал просто, необыкновенно доступно, и это, независимо от его выдающегося таланта, приобрело ему огромный круг читателей и польских, и иностранных.В шестой том Собрания сочинений вошли повести `Последний из Секиринских`, `Уляна`, `Осторожнеес огнем` и романы `Болеславцы` и `Чудаки`.

Александр Сергеевич Смирнов , Аскольд Павлович Якубовский , Борис Афанасьевич Комар , Максим Горький , Олег Евгеньевич Григорьев , Юзеф Игнаций Крашевский

Проза для детей / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия / Детская литература