Читаем Иной 1941 полностью

Самым мощным орудием в артиллерийском «оркестре» группы армий «Север» была 24-см пушка К3 «Петерсдорф». Шесть таких орудий было в I дивизионе 84-го артполка. Пушка К3 была разработана фирмой Рейнметалл-Борзиг незадолго до Второй мировой войны. Производилась К3 на заводах Круппа. Для своего времени это была выдающаяся конструкция. Орудие перевозилось на марше аж в шести повозках: платформа для стрельбы, ствол, казенник, люлька, лафет и электрогенератор. Общая масса повозок составляла 83 тонны. Перевод в боевое положение облегчался системой рамп, рельсов, направляющих и электроприводов. Тем не менее сборка К3 требовала напряженной 1,5-часовой работы 25 человек. В боевом положении она весила 54 тонны — больше, чем танк КВ. Пушка КЗ выстреливала снаряд весом в полтора центнера на максимальную дальность 37 км. С уже захваченной германскими войсками территории она теоретически могла дотянуться до самого центра города, до Васильевского острова и Петропавловской крепости. Впрочем, стрельба по ближайшим городским кварталам Ленинграда требовала куда меньшей дальности. Второй дивизион 84-го артполка также находился под Ленинградом. Он был вооружен 240-мм пушками М16 чехословацкого производства. На фоне К3 бледно смотрелись даже три мощные 210-мм пушки 768-го артиллерийского дивизиона, стрелявшие 135-кг снарядами на дальность 33 км. Они также находились на тот момент в подчинении 135-го артиллерийского командования группы армий «Север».

Падающие на город тяжелые снаряды убеждали советское командование, что штурм Ленинграда не за горами. Никто ведь тогда не докладывал Ворошилову или Жданову, что немцами готовится в сентябре операция с ограниченными целями. Поэтому настроения в информированных кругах на тот момент царили близкие к апокалипсическим. Сообразно этому готовились к худшему. Одним из мероприятий такой подготовки к худшему стала разработка плана уничтожения военно-морского, морского и речного флота, сосредоточенного в Ленинграде и Кронштадте. В плане были поставлены следующие основные задачи:

«1. В случае вынужденного отхода из Ленинграда затопить все торговые и военные корабли с максимально возможными разрушениями.

2. Затопление кораблей производить на фарватерах, в узкостях, в гаванях, чем исключить возможность свободного плавания противнику в районах Кронштадта и использования им гаваней, каналов и фарватеров.

3. Уничтожение и затопление производить только по сигналу Главного Командования строго по утвержденному им плану»[399].

Также была разработана специальная таблица условных сигналов, согласно которой, например, сигнал «Резеда» означал «начать расстановку объектов», а «Хризантема» — «начать уничтожение и затопление объектов».

Согласно плану корабли и суда были распределены для затопления с целью «исключить возможность свободного плавания противнику». Так, крейсер «Киров» вместе с эсминцами «Сметливый» и «Стерегущий» — на входе на Большой Кронштадтский рейд. Линкор «Октябрьская революция», базовые тральщики и транспорт должны были перегородить проход между Котлином и Кроншлотом. Лидер «Ленинград» и эсминец «Грозящий» планировали уничтожить у входных буев Ленинградского морского канала. Для подрыва кораблей предполагалось использовать их основной боезапас, однако также планировалось использовать подрывные заряды и глубинные бомбы.

Незадолго до начала немецкого наступления разыгралась типичная для 1941 г. драма: попытка средствами разведки вскрыть ближайшие и долгосрочные планы противника. Традиционно эта игра напоминала игру в «рулетку» с наганом, у которого в шесть камор барабана из семи вложены боевые патроны.

Начать хотелось бы с тех данных, которые приходили командованию Ленинградского фронта из Москвы, из ГРУ ГШ КА. Разведсводка ГРУ ГШ КА на утро 5 сентября 1941 г. сообщала К. Е. Ворошилову и М. М. Попову следующее:

«Противник, развивая наступление на Копорском направлении, с намерением овладеть южным побережьем устья Финского залива, одновременно продолжает создавать ударную группировку в районе Мга, Ивановское, Тосно для нанесения удара на Ленинград с юго-востока, во взаимодействии с Термолово-Куоккальской группировкой финнов, наступающих на Ленинград с севера»[400].

Перейти на страницу:

Все книги серии Война и мы. Военное дело глазами гражданина

Наступление маршала Шапошникова
Наступление маршала Шапошникова

Аннотация издательства: Книга описывает операции Красной Армии в зимней кампании 1941/42 гг. на советско–германском фронте и ответные ходы немецкого командования, направленные на ликвидацию вклинивания в оборону трех групп армий. Проведен анализ общего замысла зимнего наступления советских войск и объективных результатов обмена ударами на всем фронте от Ладожского озера до Черного моря. Наступления Красной Армии и контрудары вермахта под Москвой, Харьковом, Демянском, попытка деблокады Ленинграда и борьба за Крым — все эти события описаны на современном уровне, с опорой на рассекреченные документы и широкий спектр иностранных источников. Перед нами предстает история операций, роль в них людей и техники, максимально очищенная от политической пропаганды любой направленности.

Алексей Валерьевич Исаев

Военная документалистика и аналитика / История / Образование и наука
Штрафники, разведчики, пехота
Штрафники, разведчики, пехота

Новая книга от автора бестселлеров «Смертное поле» и «Командир штрафной роты»! Страшная правда о Великой Отечественной. Война глазами фронтовиков — простых пехотинцев, разведчиков, артиллеристов, штрафников.«Героев этой книги объединяет одно — все они были в эпицентре войны, на ее острие. Сейчас им уже за восемьдесят Им нет нужды рисоваться Они рассказывали мне правду. Ту самую «окопную правду», которую не слишком жаловали высшие чины на протяжении десятилетий, когда в моде были генеральские мемуары, не опускавшиеся до «мелочей»: как гибли в лобовых атаках тысячи солдат, где ночевали зимой бойцы, что ели и что думали. Бесконечным повторением слов «героизм, отвага, самопожертвование» можно подогнать под одну гребенку судьбы всех ветеранов. Это правильные слова, но фронтовики их не любят. Они отдали Родине все, что могли. У каждого своя судьба, как правило очень непростая. Они вспоминают об ужасах войны предельно откровенно, без самоцензуры и умолчаний, без прикрас. Их живые голоса Вы услышите в этой книге…

Владимир Николаевич Першанин , Владимир Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное

Похожие книги

«Котлы» 45-го
«Котлы» 45-го

1945-й стал не только Годом Победы, но и вершиной советского военного искусства – в финале Великой Отечественной Красная Армия взяла реванш за все поражения 1941–1942 гг., поднявшись на качественно новый уровень решения боевых задач и оставив далеко позади как противников, так и союзников.«Либеральные» историки-ревизионисты до сих пор пытаются отрицать этот факт, утверждая, что Победа-де досталась нам «слишком дорогой ценой», что даже в триумфальном 45-м советское командование уступало немецкому в оперативном искусстве, будучи в состоянии лишь теснить и «выдавливать» противника за счет колоссального численного превосходства, но так и не овладев навыками операций на окружение – так называемых «канн», признанных высшей формой военного искусства.Данная книга опровергает все эти антисоветские мифы, на конкретных примерах показывая, что пресловутые «канны» к концу войны стали «визитной карточкой» советской военной школы, что Красная Армия в полной мере овладела мастерством окружения противника, и именно в грандиозных «котлах» 1945 года погибли лучшие силы и последние резервы Гитлера.

Валентин Александрович Рунов , Ричард Михайлович Португальский

Военная документалистика и аналитика / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Армия, которую предали. Трагедия 33-й армии генерала М. Г. Ефремова. 1941–1942
Армия, которую предали. Трагедия 33-й армии генерала М. Г. Ефремова. 1941–1942

Трагедия 33-й армии все еще покрыта завесой мрачных тайн и недомолвок. Командарм М. Г. Ефремов не стал маршалом Победы, он погиб под Вязьмой в тяжелом 1942 году. Защитник Москвы, освободитель Наро-Фоминска, Вереи и Боровска, сотен сел и деревень Московской, Калужской и Смоленской областей, он со своей армией дальше всех продвинулся на запад в ходе контрнаступления советских войск под Москвой, но, когда был окружен и возникла угроза плена, застрелился.Историк и писатель Сергей Михеенков, долгие годы изучающий причины и обстоятельства гибели генерал-лейтенанта М. Г. Ефремова и его армии, проливает свет на эти события. В своей книге, основанной на обширной архивной базе, он открывает неизвестные страницы истории второго вяземского окружения, рассказывает о непростых взаимоотношениях, которые сложились у генералов М. Г. Ефремова и Г. К. Жукова.

Сергей Егорович Михеенков

Военная документалистика и аналитика / История / Образование и наука
Варшавское шоссе — любой ценой
Варшавское шоссе — любой ценой

Книга калужских историков и поисковиков А. Ильюшечкина и М. Мосягина посвящена одной из трагических страниц Великой Отечественной войны – ожесточенной борьбе за контроль над Варшавским шоссе, фокус которой пришелся на территорию нескольких высот и деревень в Барятинском районе Калужской области, прилегавших к этой важнейшей транспортной артерии. Сражение за Зайцеву гору – такое собирательное наименование получили бои – продлилось больше года, с февраля 1942 по март 1943 г. Противник в районе Зайцевой горы имел развитую сеть опорных пунктов, насыщенных различного вида вооружением, многочисленные инженерные сооружения. С господствующих высот противник контролировал местность на десятки километров. Именно в боях за Зайцеву гору полегли многие тысячи бойцов и командиров Красной армии.Книга написана на богатом архивном и мемуарном материале. Рассчитана на специалистов-историков, преподавателей вузов, студентов и всех, кто интересуется историей Великой Отечественной войны.Серия «На линии фронта. Правда о войне» выпускается с 2006 года.

Александр Александрович Ильюшечкин , Максим Николаевич Мосягин

Детективы / Военная документалистика и аналитика / Военная история / История / Прочая документальная литература / Cпецслужбы