— Неделю минимум придется восстанавливаться, — недовольно поморщился Кота и усевшись на кровати, принялся одеваться, стараясь не тревожить рану. Удалось лишь наполовину. Сложно придерживать травмированную руку, пытаясь продеть ее в рукав и при этом не особо шевелить плечо.
— Да твою ж дивизию! — зло прорычал парень и рывком продел руку. С футболкой было покончено, однако теперь он согнулся от боли, зажимая рану. — Сидзука, где ж тебя черти дерут?
— Кота! — медсестра, явно услышав его ругательста, быстро зашла в комнату, укладывая его обратно на кровать. — Котик, ты как? Сильно болит?
— Терпимо, — ответил он, сквозь зубы. — Поможешь одеться? Сколько времени?
— Четыре часа вечера, — ответила медсестра, помогая Хирано надеть кофту. — Ребята пообедали и уже обошли все здание. Ничего особо интересного не нашли…
Правой рукой парень рефлекторно попробовал накинуть капюшон и ладонью почувствовал какую-то фигню, надетую ему на голову.
— Что за, — начал было он, сдернув с головы ободок и рассматривая его. Черные пушистые ушки кого-то из семейства кошачьих с небольшими голубыми бантиками. — Сидзука?
Женщина лишь покраснев, отвернулась, делая вид, что не при делах и вообще ее больше интересует красивая настенная лампа.
— Хорошо, сделаем вот так, — Кота поднялся и надев ободок с ушками на голову доктора, слез с кровати. — Ладно, кошка Сидзука, пойдем чтоль. К закату стоит добраться до дома Наоми, а там уже можно будет нормально поспать. Думаю, что сегодня я побуду в группе реагирования, а Саэко подежурит.
— Я тоже могу дежурить, — вызвалась Марикава, поправляя ободок и приглаживая под него длинные волосы цвета блонди.
— Нет, ты всегда отдыхаешь. Вот смог бы я сам себе в таком состоянии поставить капельницу? А заклеить рассечение? — Кота приблизился и чуть пригнулся. Повисшая плетью рука коснулась ножек женщины, но та сделала вид, что не почувствовала. — Ты, самый ценный кадр нашей группы и твое состояние важнее всего. Ясно? Так что лучше высыпайся, чтобы даже если произойдут такие вот ЧП, ты могла оказать помощь.
Он нежно чмокнул ее в лобик, довольно улыбнувшись.
— Так что давай, не геройствуй, ты мне нужна живой и здоро… — закончить он не успел. Сидзука, что все это время сидела чуть сжавшись, ухватила его за ворот кофты и потянула на себя, жадно целуя в губы. Жадно и страстно, прикрывая глаза и проникая в рот парня язычком. Каково же было ее удивление, когда вместо робкого сопротивления ей с не меньшей страстью ответили, да еще и проиобнимая за талию. Волна чувств сразу захватила женщину и она, прижавшись, уже проклинала судьбу, за то что перед ней подросток. Ей нравилось абсолютно все. Жадность в поцелуе, напор и некое даже мастерство. Определенно, мальчишка никак не мог научиться владеть языком ТАК. От него скорее можно было ждать всякие мелкие неприятности, по легких столкновений зубы в зубы, но нет. Сидзука ощутила себя молоденькой студенткой в руках прожженого жизнью мужчины и это чувство ее дико возбуждало.
Они могли бы целоваться еще долго, но в комнату предательски заглянула Наоми, забывшая выключить автовспышку на телефоне. Яркое моргание фонарика осветило всю комнату.
— Ой! — только и пискнула Наоми, отпрыгивая назад.
— Ну все, прощай тяжелая жизнь, — тяжко вздохнул парень. — Сидзу…
Внезапно он получил легкую пощечину, от чего удивленно уставился на недовольную Марикаву.
— За то что скрывал такое, — мило улыбнулась она и чмокнула его в другую щеку. — Спасибо… За все!
— Значит за такую мелочь целая пощечина, а за все, жалкий чмок в щечку, — возмутился Юрий, хотя внутри был доволен как кот, обожравшийся сметаны. Жаль правда, что рука, уперевшаяся меж грудей медсестрички, мало что ощущала, но с другой стороны, лед наконец тронулся в нужном ему направлении, а это очень хорошо.
— Для остального ты… маловат… — виновато улыбнулась она, закинув ручки ему на плечи, стараясь не задеть рану. — Еще бы хоть три годи…
— А фиг тебе, — усмехнулся Кота. — Мир поменялся, Сидзу, так что людям тоже придется меняться. Уверен, все скатится к феодализму, с работорговлей и выдачей тринадцатилетних девочек в жены сорокалетним мужикам, чисто для продолжения рода и выгодного союза. А я хочу к тому моменту иметь свой клан. Сильный клан, с хорошей хозяйкой. И вот та банда что у нас сейчас формируется, это основа клана. Такаги конечно матнет к отцу, но, оно и к лучшему. Будем иметь влиятельных друзей, у которых всегда можно укрыться… А теперь, милая кошечка, я пойду и надаю по заднице Наоми, за вторжение в личную жизнь.
— И когда ты только столько всего нахватался? — пораженно прошептаоа Марикава. — В пятнадцать лет.
— Когда-нибудь я расскажу, а пока, просто следуй за мной. Я как волнорез буду уничтожать все на пути, чтобы мои последователи находились в спокойных водах, — Кота подмигул ей и выбравшись из обьятий Сидзуки, направился в общую комнату, держась за раненое плечо.
Наоми, понимающая свою участь, уже во всю готовилась к обороне. Она укрылась за креслом, на котором сидел Такуза, и то и дело выглядывала из-за него.