Читаем Интеллектуальная позиция-1 полностью

С другой стороны, только те управленцы, которые нелицемерно осуществляют в своей деятельности принцип потребления по минимуму и ниже среднего в подконтрольной им сфере, обретают во мнении остального общества право на ошибку, поскольку последствия их управленческих ошибок, выразившихся в финансово-экономической сфере, начинают ощущать раньше и тяжелее тех, кто оказался под их властью.

Хо Ши Мин (основатель социалистического государства во Вьетнаме), отказавшийся на приеме, устроенном в его честь в Югославии, от обилия деликатесов со словами: “Товарищи и господа, пожалуйста, ешьте и забудьте обо мне. Я ведь представляю Вьетнам, мой народ голодает. И я могу принять только то, что ест мой народ — скромную мисочку риса”, — имеет право на ошибки, если сказанные им слова были искренни. Ненавистный многим Ф.Э.Дзержинский, если был искренен, имеет право на ошибку: еще до революции, уже имея опыт пребывания в тюрьме, он позволил себя арестовать вместе с другими, чтобы помочь в тюрьме тем, кто впервые попал под арест, хотя имел возможность скрыться с места ареста; после революции в голод на Лубянке как-то раз тайком для него одного жарили картошку на сале и, чтобы он съел её, уверяли, что и все остальные сотрудники ели в столовой ВЧК на обед тоже картошку на сале [103].

Но ни Н.С.Хрущев, ни А.Д.Сахаров, ни заказчик легендарной “государственной” дачи в Форосе М.С.Горбачев, ни Б.Н.Ельцин, ни Е.Т.Гайдар, А.Б.Березовский ошибок не совершали. Если что-то ими сделано в ущерб интересам народа, то это — исключительно преступления, поскольку все они — члены потребительской элиты; а многие улучшили свое потребительски “элитарное” положение определённо вследствие якобы “ошибок”, ими совершенных, в результате которых большинство населения оказалось под воздействием экономического геноцида.

Теперь вернемся к лозунгу «Народ и партия едины!» Народ — производительно трудящееся большинство. Партия — правящая. «Партия» по-русски — всего лишь ЧАСТЬ ЦЕЛОГО, а не множество единоверцев в некую доктрину в политике. «Политика» по-русски — в переводе с греческого — в свою очередь: «поли» — много, «тикос» — интересы; то есть «политика», как общественное действие, есть упорядочивание и удовлетворение интересов множества людей в жизни общества. Поэтому, если обращаться к смыслу слов лозунга, то все просто: часть народа, трудящиеся в производственных сферах, и часть народа, несущая полную функцию управления по отношению ко всей народной жизни, образуют единство. Одним из элементов этого единства является уровень потребления материальных благ в семьях управленцев и в остальном обществе. Поскольку «рыба с головы гниет», а возможности избыточного потребления — искушение, то, чтобы голова не загнивала в самодовольстве “элитарной” вседозволенности, необходим ПАРТМАКСИМУМ для ; т.е. ограничение доходов в сфере управления, чтобы она не порождала паразитирующую потребительскую “элиту”. Лозунг «Православие! Самодержавие! Народность!» имеет тот же смысл, если не забывать, что Православие — больше чем ветвь исторически реального христианства и церковная иерархия, узурпировавшая это самоназвание безо всяких к тому оснований в её собственной деятельности; а самодержавие это — не-марионеточность государственной власти, но вовсе не обязательно монархия. Аналогичный смысл находим и в Коране: «И пусть среди вас будет община, которая призывает к добру, приказывает одобренное и удерживает от неодобряемого. Эти счастливы!» — 3:100, это — всё то же единство управленцев и народа.

Да, это — идеал. Но этот идеал может воплощаться в жизнь только в условиях «партмаксимума» для правящей самодержавно партии — части населения, единой в образе жизни с остальным народом, поскольку тогда самодержавие имеет тенденцию быть в согласии с Богодержавием по мере понижения «партмаксимума», когда управление ведется не за страх, не за плату, а по совести. Это одна из сторон явления духовности, по-русски именуемого СОБОРНОСТЬ, а по-арабски ИСЛАМ, поскольку и то, и другое предполагает Божье водительство, как средство достижения бесконфликтности множества самоуправлений людей по их свободной воле в пределах одной общественной системы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Публицистика / История / Проза / Историческая проза / Биографии и Мемуары
Мохнатый бог
Мохнатый бог

Книга «Мохнатый бог» посвящена зверю, который не меньше, чем двуглавый орёл, может претендовать на право помещаться на гербе России, — бурому медведю. Во всём мире наша страна ассоциируется именно с медведем, будь то карикатуры, аллегорические образы или кодовые названия. Медведь для России значит больше, чем для «старой доброй Англии» плющ или дуб, для Испании — вепрь, и вообще любой другой геральдический образ Европы.Автор книги — Михаил Кречмар, кандидат биологических наук, исследователь и путешественник, член Международной ассоциации по изучению и охране медведей — изучал бурых медведей более 20 лет — на Колыме, Чукотке, Аляске и в Уссурийском крае. Но науки в этой книге нет — или почти нет. А есть своеобразная «медвежья энциклопедия», в которой живым литературным языком рассказано, кто такие бурые медведи, где они живут, сколько медведей в мире, как убивают их люди и как медведи убивают людей.А также — какое место занимали медведи в истории России и мира, как и почему вера в Медведя стала первым культом первобытного человечества, почему сказки с медведями так популярны у народов мира и можно ли убить медведя из пистолета… И в каждом из этих разделов автор находит для читателя нечто не известное прежде широкой публике.Есть здесь и глава, посвящённая печально известной практике охоты на медведя с вертолёта, — и здесь для читателя выясняется очень много неизвестного, касающегося «игр» власть имущих.Но все эти забавные, поучительные или просто любопытные истории при чтении превращаются в одну — историю взаимоотношений Человека Разумного и Бурого Медведя.Для широкого крута читателей.

Михаил Арсеньевич Кречмар

Приключения / Публицистика / Природа и животные / Прочая научная литература / Образование и наука
10 заповедей спасения России
10 заповедей спасения России

Как пишет популярный писатель и публицист Сергей Кремлев, «футурологи пытаются предвидеть будущее… Но можно ли предвидеть будущее России? То общество, в котором мы живем сегодня, не устраивает никого, кроме чиновников и кучки нуворишей. Такая Россия народу не нужна. А какая нужна?..»Ответ на этот вопрос содержится в его книге. Прежде всего, он пишет о том, какой вождь нам нужен и какую политику ему следует проводить; затем – по каким законам должна строиться наша жизнь во всех ее проявлениях: в хозяйственной, социальной, культурной сферах. Для того чтобы эти рассуждения не были голословными, автор подкрепляет их примерами из нашего прошлого, из истории России, рассказывает о базисных принципах, на которых «всегда стояла и будет стоять русская земля».Некоторые выводы С. Кремлева, возможно, покажутся читателю спорными, но они открывают широкое поле для дискуссии о будущем нашего государства.

Сергей Кремлёв , Сергей Тарасович Кремлев

Публицистика / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Луис , Бернард Льюис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное