Читаем Интерьер для птицы счастья полностью

– Саша-а-а… – протянул Халаимов. – О чем ты говоришь! Какие еще таблицы?! Я позвал тебя совершенно для другого. – Вот! – Он бросил на стол тот самый серебряный браслет. – Ты его все-таки потеряла. Видимо, к Лермонтову стоило прислушаться, хотя он был совсем мальчишкой… Браслеты не приносят счастья женщинам, носящим фамилию Арбенина. – Он поднялся из-за стола, обошел его кругом, вплотную приблизился к Саше и заговорил так проникновенно, что у нее сжалось сердце: – Я умираю без тебя… Мне так плохо, что никаких сил нет… Хоть уходи из инспекции. Я люблю тебя, Саша, так люблю, как никого и никогда…

Он привлек ее, вяло сопротивляющуюся, к себе, и в этот момент в кабинет влетела Марьяна Терехова. Она мигом оценила композицию из двух тел и дьявольски расхохоталась:

– Ну ты молодец, Халаимов! Спишь сразу с двумя? Или с тремя? Или с четырьмя?

– Зря ты так, Марьяна, – ответил ей Владимир, не выпуская из объятий застывшую Сашу.

– Зря? Это зря она, Арбенина, к тебе липнет! Я ее предупреждала! Я ее уволю!

– За что? – удивился Халаимов.

– За нарушение должностных инструкций. Она постоянно выдает налогоплательщикам ИНН за конфеты и алкогольные напитки, хотя наш отдел этим не занимается. Сегодня я уже видела в инспекции одного ее клиента, который наверняка опять уговаривал ее вне очереди и не вовремя оформить декларацию о доходах. Кроме того, на прошлой неделе она сознательно, чтобы мне насолить, уничтожила в моем компьютере лицевые счета плательщиков, а вы можете себе представить, что было бы тогда с инспекцией. Хорошо, один компьютерный бог помог нам их отыскать! Если бы не он, то мы все к Новому году были бы в хорошей заднице и вряд ли сегодня беседовали бы с вами в этом кабинете! Скорее всего, стояли бы в очереди на бирже труда!

Саша освободилась от рук Халаимова и сказала дрожащим голосом:

– Вы, Марьяна Валерьевна, прекрасно знаете, что я не имею к исчезновению лицевых счетов никакого отношения.

– Откуда же я могу знать? Этого никто не знает! Но ни у кого, кроме тебя, не было повода мне мстить!

– У меня тоже нет повода вам мстить.

Марьяна зловеще расхохоталась.

– Я думаю, что не в вашей, Марьяна Валерьевна, компетенции уволить сотрудника по личному вашему желанию, – твердо сказал Халаимов, перейдя на официальный тон.

– Ты, Володечка, здесь работаешь без году неделя, а я – с самого основания инспекции. Ты просто еще не в курсе, что здесь в моей компетенции, а что нет.

– Ты не сделаешь этого, Марьяна! – опять перешел на «ты» и Халаимов.

– Еще как сделаю! – На глазах Тереховой показались слезы. – Я люблю тебя, Володя! Ты это знаешь: и теперь все это знают. Я здесь как на лобном месте: все за моей спиной смеются и перешептываются. Я готова это терпеть. Я что угодно могу вытерпеть ради тебя! Только… не ее… Пусть она не лезет!

– Марьяна! Выбирай выражения! Саша никуда не лезет! Это я к ней… лезу! Я люблю ее, прости меня…

Лицо Тереховой побледнело до синевы и некрасиво съежилось. Сейчас ей можно было дать все пятьдесят. Она тряхнула головой, как уставшая измученная кляча, и спросила, уже не гневно, а с надрывом:

– Ее любишь… а зачем же… был… со мной?

– Ты этого хотела.

– Ты исполняешь желания всех женщин, которые… об этом просят?

– Не всех, но ты…

Саша не хотелось присутствовать при этом разговоре дальше. Она дернулась, чтобы уйти, однако Халаимов ее не пустил.

– Подожди! Я предлагаю сейчас же расставить все точки над «i», – сказал он. – Все в твоих руках, Саша. Что ты мне скажешь?

Больше всего на свете Саше хотелось провалиться сквозь пол налоговой инспекции в подвал и подземными коммуникациями сбежать в какой-нибудь другой город или даже в другую страну. Ей было жалко всех: растерзанную униженную Марьяну, влюбленного и раздавленного Халаимова, себя, которая что ни скажет сейчас, все будет плохо… Она набрала в грудь побольше воздуха и твердо сказала:

– Ты хороший человек, Володя! Мне с тобой было очень хорошо. Более того – я благодарна тебе, потому что ты помог мне… Я уже давно отчаялась и ничему не верила, а ты вдохнул в меня жизнь. Но… Ты тоже меня прости! Я не люблю тебя. Прости! Прости! – И она выбежала из кабинета, стукнув дверью секретаршу Анюту.

Та, проводив изумленными глазами ненормальную Арбенину, которая по доброй воле отказалась от Владимира Викторовича, опять приникла к дверям. А за ними уже опять говорила Марьяна:

– Вот видишь, Володя, все решилось… Не так, как ты хотел, но… Выбора у тебя теперь нет.

– Что значит нет? – каким-то надтреснутым голосом отозвался Халаимов. – Я, между прочим, женат.

– Ты ее не любишь!

– Мы прожили вместе много лет, у нас есть дочь. Мы с Ингой всегда понимали друг друга. Она никогда не устраивала мне истерик и не приставала с ножом к горлу, как ты.

– Она просто тебя не любит!

– Скорее всего, она-то как раз и любит, потому что чаще всего исходила из моих интересов, а ты…

– Что я?

– А ты, Марьяна, думаешь только о себе! – жестко бросил Тереховой Халаимов и сел за стол, давая ей понять, что аудиенция закончена.

– Что ты знаешь обо мне? – крикнула Марьяна, не собираясь никуда уходить.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Измена. Я от тебя ухожу
Измена. Я от тебя ухожу

- Милый! Наконец-то ты приехал! Эта старая кляча чуть не угробила нас с малышом!Я хотела в очередной раз возмутиться и потребовать, чтобы меня не называли старой, но застыла.К молоденькой блондинке, чья машина пострадала в небольшом ДТП по моей вине, размашистым шагом направлялся… мой муж.- Я всё улажу, моя девочка… Где она?Вцепившись в пальцы дочери, я ждала момента, когда блондинка укажет на меня. Муж повернулся резко, в глазах его вспыхнула злость, которая сразу сменилась оторопью.Я крепче сжала руку дочки и шепнула:- Уходим, Малинка… Бежим…Возвращаясь утром от врача, который ошарашил тем, что жду ребёнка, я совсем не ждала, что попаду в небольшую аварию. И уж полнейшим сюрпризом стал тот факт, что за рулём второй машины сидела… беременная любовница моего мужа.От автора: все дети в романе точно останутся живы :)

Полина Рей

Современные любовные романы / Романы про измену