Читаем Иосиф Бродский полностью

В Германии вышел цикл «Римские элегии» с оригинальными литографиями Антонии Тапиеса «Romische Elegien» (St. Galen: Erker Galleries, 1993).

В Испании вышло второе издание эссе Бродского о Венеции в переводе Орасио Васкеса Риаля «Marca de Agua» (Madrid: Hasa, 1992).

В Польше в 1993 году вышло несколько книг Бродского: в Кракове в переводах К. Кржижевской вышел сборник стихов «Lustro Weneckie» (Krakow: Biblioteka «Naglosu» Wydawnictwo, 1993), «Wiersze i Poematy» (Krakow: Oficyna Literacka, 1993) и два сборника в Катовицах: «20 sonetow do Marii Stuart» в переводе Ф. Нэтс и «Poezje» в переводах П. Фаста. С. Бараньчак перевел на польский «Набережную неисцелимых» под названием «Znak Wodny» (Краков, 1993), а Гондович перевел пьесу «Мрамор» («Marmor»). В Америке в тысячах экземпляров появилась антология «Поэзия в движении» – Poetry in Motion (NY.: MTA & Poetry Society of America, 1993), включающая строки Бродского: «Sir, you are tough, and I am tough. / But who will write whose epitaph?»

Бюст Бродского работы Сильвии Виллинк отлит в бронзе и передан на постоянное хранение музею Ахматовой в Петербурге.


1994, январь — четвертый инфаркт.

28 февраля — Бродский выступает с чтением стихов в Нью-Йоркском Куинс Колледже, где прочитал «На независимость Украины» («Дорогой Карл Двенадцатый, сражение под Полтавой...»); впоследствии решил не публиковать это стихотворение. Неаккуратная транскрипция текста опубликована в киевской газете «Столица» (1996. № 13. Сент.), а также в Интернете.

Март — «Храм Мельпомены» («Поднимается занавес: на сцене, увы, дуэль...»).

Весна — «О если бы птицы пели и облака скучали...». Бродский ездил во Флориду с чтением стихов. Сборы отданы в общество «American Poetry and Literary Project», который он основал вместе со студентом Колумбийского университета Эндрю Кэрролл.

9—10 мая — последняя встреча Бродского с другом юности Генрихом Штейнбергом в Нью-Йорке.

Лето — А. Сумеркин предложил план сборника «Пейзаж с наводнением», который анонсировался в «Новом журнале» (1995. № 195) под названием «В окрестностях Атлантиды».

8—12 августа — принял участие в Нобелевском симпозиуме на тему «The relation between language and mind», где выступил с докладом «A Cat's Meow', опубликован в „On Thoughts and Words“, ed. Sture Allen (Stokholm: Nobel Foundation, 1985).

Осень — Бродский вместе с Дереком Уолкоттом выступают на книжной ярмарке в Готенбурге. Лекция для студентов колледжа Маунт-Холиок «Wooing the Inanimate. Four Poems by Thomas Hardy», «Partisan Review», vol. 62, № 3 (Summer 1995).

Октябрь — последний визит Стивена Спендера в Нью-Йорк. Он попал в больницу Леннокс-Хилл, где Бродский регулярно навещал его.

Ноябрь — в Венеции, см. стихотворение «Остров Прочила» («Захолустная бухта; каких-нибудь двадцать мачт...».

10 ноября — Бродский вел вечер А. Кушнера в Нью-Йорке.

2 декабря — написанное по-английски стихотворение «То My Daughter» («Give me another life, and I'll be sitting...») напечатано в лондонском еженедельнике «The Times Literary Supplement».

15 декабря — стихи на случай «Надежде Филипповне Крамовой на день ее девяностопятилетия» («Надежда Филипповна, милая...»).

21—24 декабря — вычитывает гранки сборника «Пейзаж с наводнением».

Декабрь — «В воздухе – сильный мороз и хвоя...» (посвящено Елизавете Леонской).

Другие стихи 1994 года: «Византийское» («Поезд из пункта А, льющийся из трубы...»); «В разгар холодной войны» («Кто там сидит у окна на зеленом стуле?»); «В следующий век» («Постепенно действительность превращается в недействительность...»); «Из Альберта Эйнштейна» («Вчера наступило завтра, в три часа пополудни...», посвящено Петру Вайлю); «Меня упрекали во всем, окромя погоды...»; «Мы жили в городе цвета окаменевшей водки...»; «На возвращение весны» («Весна наступила внезапно, как будто за ночь выстроив...»); «После нас, разумеется, не потоп...»; «Робинзонада» («Новое небо за тридевятью земель...»); «Тритон» («Земная поверхность есть...»); «MCMXCIV» («Глупое время: и нечего, и не у кого украсть...»); «Выздоравливающему Волосику» по случаю болезни Вл. Уфлянда. Опубликовано в книге В. Уфлянда «Если Бог пошлет мне читателей» (СПб.: БЛИЦ, 1999).

Стихи на английском: «At a Lecture» («Since mistakes are inevitable, I can easily be taken...»); «A Tale» («In walks the Emperor, dressed as Mars...»); «Ode to Concrete» («You'll outlast me, good old concrete...»); «A Postcard» («The country is so populous that polygamists and serial...»); «Infinitive» («Dear savages, though I've never mastered your tongue, free of pronouns and gerunds...», посвящено Ульфу Линде).

Переводы: «Из У. X. Одена» («Часы останови, забудь про телефон...»).

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Житнухин , Анатолий Петрович Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Аркадий Иванович Кудря , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь , Марк Исаевич Копшицер

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
50 знаменитых царственных династий
50 знаменитых царственных династий

«Монархия — это тихий океан, а демократия — бурное море…» Так представлял монархическую форму правления французский писатель XVIII века Жозеф Саньяль-Дюбе.Так ли это? Всегда ли монархия может служить для народа гарантией мира, покоя, благополучия и политической стабильности? Ответ на этот вопрос читатель сможет найти на страницах этой книги, которая рассказывает о самых знаменитых в мире династиях, правивших в разные эпохи: от древнейших египетских династий и династий Вавилона, средневековых династий Меровингов, Чингизидов, Сумэраги, Каролингов, Рюриковичей, Плантагенетов до сравнительно молодых — Бонапартов и Бернадотов. Представлены здесь также и ныне правящие династии Великобритании, Испании, Бельгии, Швеции и др.Помимо общей характеристики каждой династии, авторы старались более подробно остановиться на жизни и деятельности наиболее выдающихся ее представителей.

Валентина Марковна Скляренко , Мария Александровна Панкова , Наталья Игоревна Вологжина , Яна Александровна Батий

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное