Но вдруг внимание Виктора привлекла фигура в балахоне. Мужчина стоял на противоположной стороне улицы. Его тяжёлый взгляд Виктор ощущал на себе отчётливо. Человек больше напоминал средневекового монаха. Его громадная фигура перекрывала собою больше половины тротуара, но прохожие спокойно шли мимо. Как будто, вообще, не замечали его присутствия.
Виктору казалось, что незнакомец что-то хочет от него. Мимо на большой скорости пронеслась машина, чуть не обрызгав. Виктор отвлёкся на авто, но когда снова посмотрел в сторону монаха, никого не увидел.
Вечером он, как и в конце каждого рабочего дня, закрыл офис и зашторил окна. Его рабочее место опять попыталось превратиться в домашний очаг.
С чашкой кофе Виктор подошёл к столу, где лежал странный прибор. В этот раз аккумуляторы были заряжены. Виктор сел в кресло и стал вынимать их из зарядного устройства и вставлять в боксы для батареек.
Вдруг свет погас всего на доли секунды. А прибор вздрогнул и чуть скользнул по столу. Виктор подпрыгнул в кресле от неожиданности. На секунду ему показалось, что возле него появился Мстислав и потянул прибор на себя.
Он вжался в спинку кресла, а на его лбу выступили капельки холодного пота. Выпавший из рук, аккумулятор прокатился по столу и упал на пол.
С минуту Виктор осматривал комнату, нервно дёргая зрачками. А потом его взгляд упал на прибор. Две проволоки смотрели вверх концами, покрытыми большими шариками припоя. И всё стало понятно.
Грубо и не умело сделанная, пайка не выдержала давления. Проволока расправилась с характерным щелчком, а его подсознание изобразило, как… Да, и неважно как. Не мог никто незаметно подкрасться к Виктору.
Виктор устало потёр переносицу и поднял с пола аккумулятор. Разорванное соединение надо было восстановить. Но паяльника не было. Бросив аккумулятор в паутину проводов, Виктор откинулся на спинку кресла. Можно было подвести итог опроса о Мстиславе. Необщительный, замкнутый молодой человек оказался доверчивым. Он не привык просить о помощи. Но вот остальные пользовались его детской наивностью. От чего Мстислав ещё сильнее замыкался. Неудивительно, что в один прекрасный момент он просто исчез. «Человек не от Мира сего» взял и покинул этот самый Мир. И это было весьма объяснимо. Вот только куда?
Виктор задумался. Он взял список круга общения Мстислава. Из небольшого ряда имён и фамилий его взгляд упал на имя Артёма. Единственный друг — вот, кто точно может знать многое.
Уже утром следующего дня на лавочке центральной аллеи его ждал молодой человек. Артём с интересом рассматривал группу девушек за столиком летнего кафе неподалёку. Виктор присел рядом.
— Мстислав так и не нашёлся? — спросил Артём поздоровавшись.
— Я тоже самое хотел спросить у вас, — улыбнувшись ответил Виктор.
— Нет. Но это и не удивительно.
— Что вы имеете в виду? — насторожился Виктор.
— Это Мстислав. Он любит тишину. И если пропал, то это надолго.
— Он не в первый раз пропадает?
— Да. Он любит закрываться от всех. Но никогда дальше своей квартиры не уходит. Мы с ним лучшие друзья. Но порой можем не видеться по полгода. И это не преувеличение. Он может подолгу не звонить, не появляться во дворе. Но свет в окне горит, и он сам стоит на балконе и курит. Но никогда не было такого, чтобы его искала полиция.
— Что он был замкнутым, я уже понял, — сказал Виктор. — А что ещё можете рассказать о нём? Никого ближе вас у него не было.
— Не надо говорить «был», — попросил Артём. — Не хочу, чтобы он пропал с концами.
— Простите, — извинился Виктор. — Но всё же. Что вы знаете о нём? Например, как у него было на личном фронте? Слышал, что он пытался ухаживать за девушками на своей прежней работе.
— Это верно, — вздохнул Артём. — И сильно потом переживал, когда терпел неудачи. До него слишком поздно доходило, что всё напрасно. Мечтатель он, романтик. Человек, замкнутый для чужих, и открытый для своих. И мне порой такое рассказывал, что… А эти дуры сами виноваты, раз ездили на нём.
— Почему вы так думаете?
— Да потому что только тот, кто всё принимает близко к сердцу, может, по-настоящему любить. И тут у Мстислава ещё один недостаток. Он искренен и врать не умеет.
— Ну, а других девушек у него не было?
Артём задумался.
— Нет, — ответил он после непродолжительной паузы. — И не могут появиться. Не знает он к ним подхода.
— А какие увлечения были у Мстислава? Я слышал, он собирает некий прибор, — оживился Виктор. — Тратит на него много времени и сил.
— И денег, — махнул Артём рукой. — Он на нём помешался.
— Так что это?
— Понятия не имею, — смеясь, развёл Артём руками. — Сдаётся мне, что Мстислав и сам не знал, для чего его создаёт. Просто в один прекрасный день он зажёгся идеей прибора, который перевернёт всю Вселенную. Но это с ним бывает. Он запросто может увлечься ерундовой идеей. Я говорю, романтик он. А этот прибор назвал «Флейта крысолова».
— Флейта… — задумался Виктор. — Что-то знакомое.