Я посмотрел на портсигар, и мне показалось, будто пол уходит из-под ног. Это был портсигар Вертхама. Я нашёл его в кармане пиджака покойного и вместо того, чтобы выкинуть, сдуру оставил себе.
— А, прекрасно! Благодарю вас, — ответил я. Голос мой звучал нетвёрдо. — Как-то не обратил внимания.
— Мне кажется, это портсигар Поля. Он что, подарил его вам?
Вид у меня был, надо полагать, ничуть не лучше, чем у мелкого воришки, пойманного за руку на месте преступления.
— Он мне его дал на время. Я хочу заказать себе такой же. Модель понравилась.
Мне было ясно, что подобное объяснение выглядело нелепо. Рейзнер с удивлением посмотрел на меня и опять откинулся в кресле.
— Бросьте шутить! Кому, как не вам следовало бы быть более внимательным? Отнюдь не в привычке Поля давать кому-либо свои вещи. В этом вопросе он был даже каким-то чокнутым.
— Как видите, только не со мной.
Я положил портсигар себе в карман. Чувствовал, как за ушами стекают капли пота. Попытался улыбнуться, промямлил:
— Ну что ж, до скорого!
— Да, кстати, Рикка!
Я обернулся, ожидая нового подвоха.
— А кто вас замещает сейчас в Лос-Анджелесе?
Делла называла мне какое-то имя. На мгновение мной овладела паника, но тут я вспомнил.
— Холленхимер. А что?
— Да ничего, просто интересно. Я по природе своей очень любознателен, Рикка.
— Сматываемся отсюда, пока не поздно! — предложил я Делле.
Она взяла сигарету, прикурила её и подчёркнуто медленно положила рядом с собой зажигалку. Женщина возлежала на диване около окна. Шторы были спущены, в комнате царил полумрак, располагающий к отдыху. Выражение лица у неё было суровым и задумчивым. Она курила, глубоко затягиваясь и пуская в потолок большие клубы дыма.
Я стоял посреди комнаты, засунув руки в карманы, и с нетерпением смотрел на неё. Делла медленно повернула голову в мою сторону.
— Тебе страшно, Джонни? — спросила она, подняв брови.
— Не в этом дело. Пойми меня правильно, лавочка накрылась. Мы сделали свой ход, да ничего не получилось. Я совершенно не в состоянии проверять какие-либо документы. Если бы я даже смог разобраться в бухгалтерских книгах, то и тогда мы не имели бы возможности подобраться к денежным резервам казино. Я с самого начала сомневался, что эта операция могла иметь шансы на успех. Как тебе пришло в голову, что он согласится дать нам ключи от сейфов?
Делла задумчиво стряхнула пепел на ковёр и словно сама себе улыбнулась.
— Одним словом, ты сливаешь воду?
— Иного выхода нет. Неужели ты не отдаёшь себе в этом отчёт? Стоит ему лишь позвонить Холленхимеру, спросить его, что представляет собой Рикка, и мы спеклись.
— Тут, конечно, есть определённый риск. Неужели ты полагаешь, что я его не предусмотрела? Я с удивлением взглянул на Деллу.
— Так ты уже об этом думала?
— Надо было предвидеть, что Ник свяжется с Холленхимером. Он же не дурак.
Я подошёл к дивану.
— Что ты намереваешься делать, когда ему станет известно, кто есть кто? Возможно, в данную минуту он уже в курсе, что я не Рикка.
— Да не бери ты это в голову, — сказала Делла. — Надо уладить кучу куда более важных проблем.
— Это твои трудности, дорогая! Я пас. Представь, что будет, если Рейзнер расскажет об этом инспектору Хейму. Всё раскроется, и нас отправят за решётку по подозрению в убийстве Вертхама.
— Мой бедный Джонни! — рассмеялась Делла. — Ты прямо, как пуганая ворона, куста боишься. Надо же понимать, что Рейзнер не меньше нас заинтересован в сокрытии факта смерти Поля. Итта, Хейм, Рикка, да и все остальные не позволят Рейзнеру сохранить своё прежнее положение, они обязательно вмешаются, и ему это прекрасно известно. Его единственным желанием было бы утаить от всех своих соперников гибель Вертхама до тех пор, пока он не сумеет полностью захватить руководство местным казино. Поэтому Ник ничего не скажет Хейму. Он никому ничего не скажет. Теперь тебе понятно, почему нет особых причин бояться Рейзнера?
— Но Рейзнер — опасный субъект, Делла. Допустим, Ник будет молчать. Но как он поступит с нами?
Делла подняла вверх длинную, безупречных форм ножку и с серьёзным видом стала её разглядывать. Потом спокойным тоном заявила:
— Думаю, что постарается каждому из нас всадить пулю в лоб. Ник — большой мастак по части организации такого рода происшествий. Ну как, Джонни, очень страшно?
— Пока речь не об этом.
— Подумай хорошенько! Ник действительно очень опасный субъект. Достаточно ему задействовать Хейма — и дело с концом. Ты представить себе не можешь, на что способен Хейм ради денег!
— Никогда не поверю, что ради денег он пойдёт на убийство!
— Никто не говорит об убийстве. Речь идёт об организации несчастного случая.
— Что ты этим хочешь сказать? У меня всё время такое чувство, будто у тебя созрел какой-то план. Давай выкладывай!
— Нет у меня никакого плана. Просто я решила показать тебе королевство, которое стоит унаследовать. Неужели тебе не приходило в голову, что казино может стать нашей собственностью, стоит лишь протянуть руку? Твоей и моей собственностью! Понимаешь?
— Нет.