Восьми секунд задержки времени мне хватило, чтобы осмотреться. Враги уровня от сотого до ста тридцатого, игровые классы Палач, два Медика и пара Охранников. Для меня вообще не проблема.
Две вертикальные металлические рамы, в которых тросами за пластиковые браслеты на конечностях растянуты пленники. Из одежды на девочке тюремщики оставили лишь зелёные трусики, на миелонском пареньке не было и того. Головы подростков плотно зафиксированы зажимами. А самое ужасное, буквально в сантиметре от шей обоих пленников блестят закреплённые на шарнирах медицинские иглы, трубки от которых ведут к непонятному аппарату, в который вставлена пластиковая ёмкость с какой-то прозрачной жидкостью. Едва ли там лекарство или глюкоза. Скорее смертельный яд, который моментально может быть введён в вену по сигналу с далёкого пульта. Не исключено, что этот пульт находится сейчас в руках самого правителя Синдиката Гильвара, и оттого мой враг чувствует себя хозяином положения и ведёт себя столь нагло.
Я сразу же с помощью навыка Управление Механизмами выключил это опасное устройство, а электронно-механические замки на всех пластиковых кандалах сломал с помощью Телекинеза. И поскольку шкала Ярости у меня была давно заполнена, с тюремщиками совершенно не церемонился – пусть все враги знают на будущее, что близких кунгу Земли игроков трогать категорически запрещено!!!
Последнему пятому повезло, ярость успела немного снизиться, и убивающий удар вышел не смертельным, а лишь снял Медику две трети хитпоинтов. Ладно, живи, скотина, раз уж ты такой везучий. Я достал Аннигилятор и отправил седеющего мужчину на респаун выстрелом в голову. Рассмотрел выпавший из его руки автоматический шприц, затем поискал взглядом и действительно нашёл на столике вскрытую ампулу. Язык Синдиката во многом был схож с языком Тайлакса, многие слова имели узнаваемые корни. Судя по описанию препарата, Медик хотел не убить, а пробудить девчонку. Ну да, срок истекал, а кунг Ёдзи Уморо обещал мне прислать видео с моими воспитанниками.
Я вколол препарат девчонке, но поскольку израсходован он был в автоматическом шприце не полностью, то и Тини заодно тоже. Метаболизм миелонцев во многом был схож с человеческим, да и токсины «космические коты» перерабатывали быстро и без последствий для себя, так что убить Тини введением препарата для людей я не опасался.
Оба лежащих на полу подростка сразу же зашевелились. Но если Соя-Тан лишь тихо стонала, не приходя в себя, то вот миелонский паренёк открыл глаза, не прошло и двадцати секунд с момента укола. Герд Тини Уи-Комар окинул взглядом тюремную камеру и мёртвые тела, после чего попытался было встать, но рухнул с болезненным вскриком.
– Мастер, прошу простить… но вам придётся меня нести… Коленные связки перерезаны на обеих ногах, не могу идти… Это палачи наказали меня за попытку побега.
– А больше ты ни за что не хочешь попросить у меня прощения? Например за то, что сбежал с корабля? Или за то, что из-за твоей выходки началась война двух космических государств, на которой люди гибнут тысячами?
– Тини в этом не виноват! – хитрая девчонка, оказывается, лишь притворялась, а на самом деле давно пришла в себя. – Это я подговорила названного брата сбежать со звездолёта и вместе лететь спасать его подругу детства Ниту уи Ла-Пу. Мне казалось это романтичным и правильным, ведь во всех добрых сказках храбрые маги-правители именно так и поступают, когда маленькая подруга в беде. Тини сомневался, но я убедила его сбежать, даже прибегла к Псионике. Кто же знал, что это ловушка, и подруга детства продала моего хвостатого брата его злейшим врагам?!
– Да, Нита оказалась той ещё мразью и продала меня за двадцать тысяч крипто. Но ничего, я…
Договорить и рассказать, что сделает с коварной подругой, Тини не успел – где-то вдалеке раздался тяжёлый глухой взрыв, отчего стены пошатнулись, а в тюремной камере пропал свет. Я тут же включил фонарик на шлеме и, пошарив лучом по полу, указал Тин и Сое-Тан на лазерные пистолеты в кобурах у мёртвых охранников.