– Этот вопрос похож на другой: что легче – радоваться с радующимися или плакать с плачущими? Обычно говорят: радоваться. Но это не так. Не все могут радоваться, когда брат или сестра купили новый дом или выиграли в лотерею машину, а им приходится жить в старом доме и ходить пешком. Радоваться труднее, на это нужно больше духовных сил. А поплакать с нами, когда тяжело, могут даже неверующие. Когда-то в нашей стране были времена трудностей и гонений, безбожные власти грубо вмешивались и диктовали свои порядки, направленные на разрушение церкви. Но то было интересное время! В духовной борьбе чувствовалось действие Духа Святого, и я видел это действие во многих обстоятельствах своей жизни. Теперь, когда пришла свобода, появилась большая опасность, особенно для русских эмигрантов, приехавших в США или Германию (я был в Германии три раза и хорошо знаю ситуацию в этой стране). В обстановке вседозволенности намного труднее оставаться истинным верующим, сохранять чистоту Евангелия в жизни и служении.
Вспоминаю конец 80-х, когда наступила перестройка и «потепление» для христиан. Мы сразу почувствовали перемены в жизни церквей, и эти перемены не всегда были к лучшему. В те годы на братском съезде в Москве президент Всемирного союза баптистов сказал: «С одной стороны, я очень рад, что в вашу страну пришла некоторая свобода. Это хорошо. Но, с другой стороны, я исполнен печали, потому что теперь ваши служители не смогут пройти ту школу испытаний, которую прошли их отцы». Когда церковь переживает трудности и испытания – христиане бодрствуют, а служителями становятся те, кто познал волю Божью и самоотверженно посвятил себя духовному труду, не ища славы и привилегий.
Время свободы для христианина – более сложное, чем время гонений. Многие увлечены материализмом, работают на трех работах с утра до ночи, чтобы обогатиться, купить себе лучшую машину или больший дом. Испытание свободой и благополучием для многих христиан оказалось выдержать труднее, чем испытание трудностями и скорбями. Если раньше Америка посылала миссионеров в страны бывшего СССР, то теперь, пожалуй, русские эмигранты нуждаются в миссионерах, которые провели бы евангелизацию в их церквах и помогли им покаяться перед Богом.
– Я вижу даже две проблемы. Первая – это либерализм, проникающий в современные русские и западные церкви. Это тот «чуждый огонь», который пытаются принести из мира и зажечь в церкви некоторые сторонники либеральных средств и методов богослужения. Мирские пути служения Богу – большая проблема для христиан нашего времени! Как-то раз я попытался остановить молодых братьев, увлеченных таким либерализмом. Они мне ответили, что не надо забывать, в какой стране мы живем, и что Америка – страна свободы и демократии.
Вторая болезнь, захлестнувшая многие церкви как в Америке, так и в странах СНГ, – национализм. Церковь Христа должна стоять выше национального вопроса, и дух мира сего с его спорами и распрями не должен проникать в ряды христиан. Но во многих церквях сейчас этот вопрос является проблемой. Происходят разделения на национальной почве – украинцев с русскими, молдаван с румынами… Насчет разделения последних я вообще в полном недоумении! Однажды я ехал в Москву с профессором из Бухареста, и он рассказал, что молдавского языка как такового не существует, он полностью идентичен румынскому. Помню также одно служение в Молдавии, в церкви города Комрата: там были люди четырех национальностей, и большинство из них не понимало языка друг друга. Но пресвитер прекрасно знал все эти языки, свои проповеди говорил на молдавском, русском, гагаузском и болгарском – и все слушатели были довольны.
– По возможности, принимаю участие в служении, посещаю разные церкви, проповедую Слово Божье, встречаюсь и беседую с людьми. Конечно, нет уже тех сил, что были раньше. Я пережил несколько серьезных болезней, перенес инфаркт и инсульт… Врачи говорят, что Бог совершил чудо и исцелил меня – и в этом я с ними согласен. Хожу пока без палочки, хотя она у меня уже есть.