Но его ждало ещё большее разочарование. Учитель на пути движения руки поставил тот же блок двумя скрещёнными руками, затем захватил руку за запястье своей правой и потянул на себя, одновременно выпрямляя колени, разворачиваясь вправо и отставляя правую ногу в сторону. Окончанием действий стал круговой удар левой рукой основанием кулака справа налево в челюсть нападающему, который прочно уложил того на пол.
Одновременно с этим ударом третий парень атаковал учителя. И опять учитель стоял лицом к нападающему. Парень, стремительно взвившись в воздух, подобно снаряду, развернулся в прыжке и ударил левой ногой вперёд, нацелив каблук в голову. Но и этот удар не достиг цели.
Учитель сделал шаг левой ногой в сторону, встал в стойку всадника, уйдя с линии атаки, и нанёс удар навстречу, одновременно двумя руками под углом вправо-вверх. Правой рукой основанием кулака по завершающей атаку ноге, а левым кулаком в пах.
Все три парня провели атаки почти одновременно, поэтому весь бой длился буквально секунды, но результат был ошеломляющий. Это было видно по ошарашенному выражению лица достаточно пришедшего в себя Дика. Он явно не ожидал такой скорой и столь плачевной для нападающих развязки. Они все лежали на полу в глубоком нокауте и в довольно живописных позах. Из всех парней лишь один к тому времени пришёл в себя и тоже стал свидетелем окончания драмы. Тот, в которого Дик запустил первого из напавших. Но по не менее ошеломлённому лицу было видно, что продолжать бой лично у него никакого желания нет.
Когда гости убрались восвояси под пристальным взглядом учителя из-под полуопущенных век, причём трое вели под руки двоих, находящихся в прострации, прерванное чаепитие продолжилось. Дик быстро пришёл в себя. Жизненные силы в нём били ключом, да и сказывался огромный опыт, научивший правильно принимать удары.
– Теперь я понимаю, зачем отец послал меня к вам, более наглядного урока нарочно не придумаешь. Вы обязательно должны научить меня этому.
– Ты бы давно мог всему научиться. Наверняка там, где ты провёл пятнадцать лет, имелось достаточное количество учителей каратэ.
– Но я же изучал каратэ наряду со всеми другими видами единоборств.
– То-то и оно, что единоборств. Но каратэ – это отнюдь не единоборство. Оно никогда и не служило этой цели. Хотя мастера каратэ также выступают на различных турнирах в единоборствах. Но там они демонстрируют не всё каратэ, а лишь часть. Ту часть, которой научился ты. Но, я думаю, это не вина твоих учителей. Ты просто не просил ничего другого. Ты что делал? Приходил в школу и вызывал лучшего ученика на единоборство. В случае проигрыша проходил обучение в данной школе. Но опять же единоборству. Да и при таком твоём поведении вряд ли у них было большое желание проявлять инициативу в обучении тебя чему-либо другому. Наверняка людская молва о тебе шла впереди тебя. И хотя в принципе ты поступал честно, но, с моей точки зрения, не лучшим образом. А я думаю, что моё отношение не является исключением из правил.
– Чему же учит каратэ, учитель?