Читаем Исповедь дивергента. За кулисами большой политики и большого спорта полностью

Телефон в офисе компании «Вульф Груп» в этот день звонил не переставая. Шёл благословенный 2001 год, обладание номером мобильного телефона абонента было признаком вхождения в узкий круг родственников, коллег и близких друзей. Московский депутат Степан Орлов, бесспорно, входил в этот круг, но решил позвонить на офисный. «Приемная депутата Вульфа?» – ехидно поинтересовался Орлов и тут же получил рифмованную с названной фамилией нецензурную «ответочку»: «Хуюльфа» – вполне достойную украсить репертуар раннего Шнура, да, впрочем, и позднего тоже.

Тут необходима короткая историческая справка. Моя неудавшаяся попытка избрания в Госдуму по спискам блока «Единство» в 1999 году за неполные два года стала излюбленной темой для стеба, шуточек и подколок среди друзей и коллег из мира медиа и шоу-бизнеса, и даже премию «Серебряная калоша» я получил в номинации «Звезда без мандата».

Однако на сей раз Степан не шутил. «Ты, что, новости не читаешь, чуча?» – спросил Орлов и тут же сам радостно зачитал ленту «Интерфакса», которую с час уже вовсю цитировали все основные политические СМИ страны: «Руководитель фракции “Единство” Борис Грызлов назначен Министром МВД и покидает парламент. Депутатский мандат Грызлова переходит третьему номеру в питерском списке блока “Единство” журналисту, шоумену и телеведущему Андрею Вульфу». Упс!

Буревестник Орлов радостно распрощался, ехидно добавив напоследок, что не может отрывать федерального депутата от важных государственных дел, но рассчитывает на приоритетное приглашение на банкет за заслуги в деле донесения благой вести. В течение последующего часа телефон оборвали страждущие поздравить, интересующиеся, правда ли, и желающие поиздеваться. Теперь со всем этим нужно было что-то делать.

Шоу-биз

Здесь надо коротко напомнить читателям, а кому-то и сообщить, как я оказался в списках кандидатов в депутаты. В 1998 году я упивался своей шоу-бизнесовой и медийной востребованностью. Телепроекты сменяли друг друга. Бизнес компании «Вульф Груп» разрастался и колосился, стартовав с организации клубных вечеринок в московских казино «Метелица», «Голден Палас» и «Кристалл» и придя к многофункциональному шоу и рекламному супермаркету, включающему в себя производство теле- и радиопрограмм для разных каналов, издательскую и концертно-гастрольную деятельность, ивент-агентство для организации корпоративных мероприятий, премий, церемоний, юбилеев, презентаций и частных праздников, а также фестивалей и дней города, политических кампаний, PR- и GR-поддержки персон, компаний и мероприятий, благотворительных акций и много чего еще. Короче, жизнь кипела, деньги легко и много зарабатывались и так же легко тратились, не оставляя о себе никакой доброй и долгой памяти в виде недвижимости и твердого задела на будущее.

Это было то волшебное время, когда я приезжал на трехметровом «Линкольне» с водителем к себе домой, в скромную бабушкину «однушку» на улице Планерная. Длинные бессонные ночи, звездные тусовки, криминальные крыши, много разнообразного секса, денег и алкоголя, ощущение собственной успешности, переросшее в звездную болезнь, и совсем мало времени «на подумать» – вот что составляло мою жизнь в конце девяностых. Мне нравилась эта жизнь, и я очень люблю это время. Больше того, я безумно благодарен ему за весь свой яркий рок-н-ролльный опыт, за каждую минуту той волшебной эпохи, когда воздух переполнялся свободой и новыми возможностями, за тех прекрасных людей из мира культуры, медиа- и шоу-бизнеса, общение и дружбу с которыми оно мне подарило, не взяв ничего взамен.

И все-таки в тридцать лет меня накрыло. Был ли это пресловутый кризис среднего возраста или что-то другое – я не знаю. Но в одночасье все то, что драйвило и доставляло удовольствие, даря силы, мотивацию и энергию, потеряло для меня свою привлекательность и смысл. Каждый новый день, начинавшийся с полудня после рабочей или просто бессонной ночи в клубе, череда бесконечных тусовок, бессмысленных пьянок, обесцененных денег, – все это выстроилось в какую-то карусель с поблекшими красками и ощущением полной бесполезности всего происходящего вокруг.

Надо было срочно что-то менять, и решение пришло, как это часто бывает, неожиданно и, казалось бы, ниоткуда – я познакомился с молодыми ребятами Володей Коптевым-Дворниковым, Лешей Локтионовым и Володей Семеновым, которые в то время уже активно занимались молодежной политикой в рамках Молодежной парламентской ассамблеи, возглавляли молодежные организации политических партий. Они имели налаженные связи с Президентской Администрацией и как раз в это время озаботились созданием общероссийского молодежного общественно-политического движения.

Поколение свободы

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное