Читаем Исследование о растениях полностью

(2) Из диких деревьев — если их перебирать по отдельности — одни, например земляничное дерево и apharke, распускаются вместе с садовыми, дикая же груша немного позднее садовой. Есть деревья, которые распускаются раньше, чем начнет дуть западный ветер,[233] или сразу после того, как он задует; до западного ветра распускаются кизил и «женский кизил»; после него — лавр и ольха; незадолго до равноденствия — липа, клен полевой, phegos и смоковница. Рано распускаются лещина, дуб и бузина; еще раньше — лесные деревья, которые считаются бесплодными: серебристый тополь, вяз, ива, осокорь; платан несколько позднее. Как только настанет весна, распускаются: дикая смоковница, крушина, пираканта, держи-дерево, теребинт, лещина, каштан. Яблоня распускается поздно, а позже всех пробковый дуб, aria, бересклет, thuia, тисс. Так обстоит дело с распусканием.

(3) Время цветения соответствует, пожалуй, времени распускания; расхождение, впрочем, есть и здесь; еще значительнее оно обычно со временем вызревания плодов. Ранний сорт кизила готов около летнего солнцестояния: это, пожалуй, самые ранние плоды. Поздний же сорт, который некоторые называют «женским кизилом», готов к самому концу осени. Плоды его несъедобны, а древесина слаба и губчата: вот как велика разница между обоими деревьями. (4) Плоды у теребинта готовы ко времени уборки пшеницы или немного позже; у ясеня и клена — летом; у ольхи, лещины и у одного вида дикой груши — осенью; у дуба и каштана — еще позже, около захода Плеяд; также и у крушины, кермесного дуба, держи-дерева и пираканты после захода Плеяд; у aria — в начале зимы, у яблони — с первыми холодами, у поздней дикой груши — зимой. На земляничном дереве и apharke первые плоды созревают к тому времени, когда виноградные гроздья начинают окрашиваться в темный цвет, а вторые (деревья эти, по-видимому, приносят урожай дважды) — в начале .зимы; пихта и тисе цветут незадолго до солнцеворота; (5) цветы у пихты желтого цвета и вообще красивые,[234] а плоды на них появляются после захода Плеяд. Сосна и алеппская сосна распускаются несколько раньше, приблизительно дней на пятнадцать, и плоды на них готовы после захода Плеяд, но соответственно раньше, чем у пихты.

Расхождение в сроках вызревания плодов у разных деревьев не очень велико; больше всего оно у финикийского можжевельника, падуба и кермесного дуба. На финикийском можжевельнике плоды, по-видимому, висят год: новые и прошлогодние у него встречаются. По словам некоторых, они вообще не вызревают, почему их рвут зелеными и сохраняют; если их оставить на дереве, они высыхают. (6) Аркадяне говорят, что и на кермесном дубе желуди зреют год: прошлогодние созревают, и одновременно с ними появляются новые, так что дерево это непрерывно покрыто плодами. Говорят, что на падубе плоды опадают от холодов. Очень поздно созревают плоды на липе и самшите. (Ни одно животное не употребляет в пищу плодов липы, «женского кизила» и самшита; поздно созревают плоды и у плюща, можжевельника, сосны, земляничного дерева).[235] Аркадяне говорят, что еще позднее, чем у этих, и вообще позднее, чем у всех деревьев, поспевают плоды бересклета, thuia и тисса. Так различно время, когда опадают и созревают плоды на деревьях диких. Мы сравнивали их в этом отношении не только с садовыми деревьями, но и между собой.[236]

5

(1) Когда деревья начинают распускаться, то у одних; распускание и рост идут непрерывно; у сосны, пихты и у дуба, они прерываются: деревья эти начинают распускаться трижды и трижды пускают побеги, почему и кору меняют три раза, всякое дерево, распускаясь, меняет кору. В первый раз дают они побеги в середине весны, сразу же с наступлением месяца таргелиона[237] и на Иде — в течение последующих пятнадцати дней. Затем через промежуток дней в тридцать или немного больше дерево выбрасывает новые побеги из булавообразной верхушки первого побега. Часть их устремляется вверх, другие идут в стороны, образуя круг, причем булавообразное утолщение первого побега служит как бы узлом, сходным с тем, из которого вышел и первый побег. Происходит это в конце Скирофориона.

(2) Во время этого распускания появляются и галлы — всякие: и белые, и черные; возникает галл обычно за ночь: за день он увеличивается (кроме смолистых), но если его прихватит зноем, он высыхает и больше не увеличивается в росте; без этого прихвата он мог бы стать и крупнее. Некоторые из этих галлов и оказываются поэтому не крупнее бобов. Черные галлы сначала в течение многих дней бывают зеленовато-желтого цвета; они растут, и некоторые из них достигают величины яблочка.

Через промежуток дней в пятнадцать дерево опять в третий раз дает побеги в месяце Гекатомбеоне. Этот третий период роста длится меньше, чем предыдущие: самое большее, может быть, дней шесть или семь. Распускание это похоже на прежние и идет таким же образом. По прошествии этих сроков у дерева прекращается рост в вышину и оно начинает идти вширь.

Перейти на страницу:

Все книги серии Классики науки

Жизнь науки
Жизнь науки

Собрание предисловий и введений к основополагающим трудам раскрывает путь развития науки от Коперника и Везалия до наших дней. Каждому из 95 вступлений предпослана краткая биография и портрет. Отобранные историей, больше чем волей составителя, вступления дают уникальную и вдохновляющую картину возникновения и развития научного метода, созданного его творцами. Предисловие обычно пишется после окончания работы, того труда, благодаря которому впоследствии имя автора приобрело бессмертие. Автор пишет для широкого круга читателей, будучи в то же время ограничен общими требованиями формы и объема. Это приводит к удивительной однородности всего материала как документов истории науки, раскрывающих мотивы и метод работы великих ученых. Многие из вступлений, ясно и кратко написанные, следует рассматривать как высшие образцы научной прозы, объединяющие области образно-художественного и точного мышления. Содержание сборника дает новый подход к сравнительному анализу истории знаний. Научный работник, студент, учитель найдут в этом сборнике интересный и поучительный материал, занимательный и в то же время доступный самому широкому кругу читателей.

Сергей Петрович Капица , С. П. Капица

Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Альберт Эйнштейн. Теория всего
Альберт Эйнштейн. Теория всего

Альберт Эйнштейн – лауреат Нобелевской премии по физике, автор самого известного физического уравнения, борец за мир и права еврейской нации, философ, скрипач-любитель, поклонник парусного спорта… Его личность, его гений сложно описать с помощью лексических формул – в той же степени, что и создать математический портрет «теории всего», так и не поддавшийся пока ни одному ученому.Максим Гуреев, автор этой биографии Эйнштейна, окончил филологический факультет МГУ и Литературный институт (семинар прозы А. Г. Битова). Писатель, член русского ПЕН-центра, печатается в журналах «Новый мир», «Октябрь», «Знамя» и «Дружба народов», в 2014 году вошел в шорт-лист литературной премии «НОС». Режиссер документального кино, создавший более 60-ти картин.

Максим Александрович Гуреев

Биографии и Мемуары / Документальное
Капица. Воспоминания и письма
Капица. Воспоминания и письма

Анна Капица – человек уникальной судьбы: дочь академика, в юности она мечтала стать археологом. Но случайная встреча в Париже с выдающимся физиком Петром Капицей круто изменила ее жизнь. Известная поговорка гласит: «За каждым великим мужчиной стоит великая женщина». Именно такой музой была для Петра Капицы его верная супруга. Человек незаурядного ума и волевого характера, Анна первой сделала предложение руки и сердца своему будущему мужу. Карьерные взлеты и падения, основание МИФИ и мировой триумф – Нобелевская премия по физике 1978 года – все это вехи удивительной жизни Петра Леонидовича, которые нельзя представить без верной Анны Алексеевны. Эта книга – сокровищница ее памяти, запечатлевшей жизнь выдающегося ученого, изменившего науку навсегда. Книга подготовлена Е.Л. Капицей и П.Е. Рубининым – личным доверенным помощником академика П.Л. Капицы, снабжена пояснительными статьями и необходимыми комментариями.

Анна Алексеевна Капица , Елена Леонидовна Капица , Павел Евгеньевич Рубинин

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Запутанная жизнь. Как грибы меняют мир, наше сознание и наше будущее
Запутанная жизнь. Как грибы меняют мир, наше сознание и наше будущее

Под словом «гриб» мы обыкновенно имеем в виду плодовое тело гриба, хотя оно по сути то же, что яблоко на дереве. Большинство грибов живут тайной – подземной – жизнью, и они составляют «разношерстную» группу организмов, которая поддерживает почти все прочие живые системы. Это ключ к пониманию планеты, на которой мы живем, а также наших чувств, мыслей и поведения.Талантливый молодой биолог Мерлин Шелдрейк переворачивает мир с ног на голову: он приглашает читателя взглянуть на него с позиции дрожжей, псилоцибиновых грибов, грибов-паразитов и паутины мицелия, которая простирается на многие километры под поверхностью земли (что делает грибы самыми большими живыми организмами на планете). Открывающаяся грибная сущность заставляет пересмотреть наши взгляды на индивидуальность и разум, ведь грибы, как выясняется, – повелители метаболизма, создатели почв и ключевые игроки во множестве естественных процессов. Они способны изменять наше сознание, врачевать тела и даже обратить нависшую над нами экологическую катастрофу. Эти организмы переворачивают наше понимание самой жизни на Земле.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Мерлин Шелдрейк

Ботаника / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука