На этом всё, воспоминания обрывались.
Звуки шагов за дверью меня насторожили.
Я расслабилась, притворяясь спящей.
Знакомый голос за дверью резанул по нервам и потерянные воспоминания нахлынули, как ливень.
Я вспомнила всё, вечеринку, исчезнувшую подругу, спальню и того мужчину, который меня присвоил.
И укусил.
Потом авария.
Я смогла поднять руку и коснуться шеи в том месте, где он укусил.
Под пальцами чувствовался практически заживший шрам, со слегка выпуклыми краями.
Это не сон, не галлюцинация и не кома.
С другой стороны это был бы выход из ситуации, пара консультаций психолога, антидепрессанты и все.
Но не в моём случае.
— Доктор, как моя жена?
— Господин Лайонел, физически она здорова, я не могу вам назвать причину по которой она до сих не пришла в себя.
— Уже прошло трое суток.
А она до сих пор не очнулась.
— У неё сотрясение мозга после аварии.
Возможно оно куда глубже, чем нам показалось в начале.
— Доктор, если вы больше ничего не можете сделать, я её сегодня же забираю домой.
— Но ей нужен профессиональный уход.
— У меня есть люди, способные ей его предоставить.
— Как скажите.
Но я все же настаивал бы на ….
— Я вас понял.
— Перебил он доктора и открыл дверь в палату.
Я успела закрыть глаза и расслабить мышцы тела, вот успокоить бы ещё пищащий аппарат, который явно может выдать моё пробуждение.
Он подошел к кровати, провел пальцами по моей руке, потом коснулся лица, очерчивая овал скулы.
Терпкий аромат коснулся моих ноздрей, вызывая непроизвольный судорожный вздох.
Скрываться я не видела смысла, если он меня увезет к себе, оттуда я уже точно не выберусь.
Нужно остаться здесь в больнице, отсюда у меня есть шанс сбежать.
Я открыла глаза, фокусируя взгляд на мужчине, встречаясь с горящими зелеными глазами.
На лице его читалось облегчение и даже промелькнула едва заметная улыбка.
— Ты очнулась.
— Констатировал он факт моего пробуждения.
— Где я?
— Задала рациональный вопрос.
— В клинике.
Я привез тебя сюда после аварии.
Ты помнишь, что произошло?
Что делать?
Прикинуться потерявшей память или сознаться, что я всё прекрасно помню.
Вошедший следом доктор не дал мне ответить, бросившись меня осматривать.
Мужчине пришлось подвинуться, дать место доктору и вызванной им медсестре.
Меня начали обследовать, проверять рефлексы, зрение, мерить давление, ставить какие-то уколы, брать анализы.
Он всё это время стоял рядом, наблюдая за действиями врача и медсестры.
— Доктор?
— Да, господин Лайонел?
— Я могу остаться с женой наедине?
— Если только не долго.
Ей нужно отдыхать и восстанавливаться.
— Я понял, доктор.
Это не займет много времени.
— Хорошо.
Врач и медсестра вышли из палаты, а я испугалась ещё больше.
Мне очень не хотелось оставаться с ним наедине.
Но и противиться я просто не могла, не вызвав подозрений.
— Ты не ответила на мой вопрос.
Я впервые рассматривала его при свете дня.
Тело я помнила отлично.
И зеленые горящие глаза.
И выступающие клыки.
А теперь рассматривала его лицо.
Если бы не эта ситуация, в другой жизни я могла бы в него запросто влюбиться.
Зверь.
Хищник.
А я всего лишь его безвольная добыча, предназначенная для продолжения его рода.
Волосы чёрные, как смоль в свете отливали синевой, ярко-зеленые глаза в обрамлении пушистых ресниц, прямой нос с явно аристократическими чертами выводимые не одним поколением.
Высокий, широкоплечий, накрывающий своим присутствием, как покрывалом, не дающий сопротивляться.
— Нет.
Я не помню.
Кто вы?
— Он заломил бровь, выражая своё удивление.
— Значит ничего не помнишь?
— Уточнил он.
— Нет, только как собиралась на вечеринку, дальше темнота.
А почему вы называете меня своей женой?
— Спросила у него внимательно следя за выражением его лица.
На котором не дрогнул ни один мускул.
Камень, а не человек.
Он же и не человек вовсе.
Зверь.
Хищник.
— Ты забыла, что я твой муж?
— Гипнотизируя меня своим взглядом, он наклонился надо мной, всматриваясь в мои глаза.
— Я не помню, чтобы была замужем.
А как мы познакомились?
И сколько лет мы женаты?
— Пусть придумывает, посмотрим на его актерские способности.
— Ну как же, ты разве не помнишь ту ночь на берегу океана?
Мы шли на встречу друг другу, а океан облизывал наши босые ноги, ласково касаясь теплой водой.
Мы остановились посередине пляжа, наши глаза встретились, и мы утонули в друг друге.
— Правда?
Так и было?
Не помню, извините.
— Я молча смеялась, нет я просто рыдала от смеха.
Надо же такой талант пропадает, — А что было дальше?
— Через месяц мы поженились, а три дня назад мы поссорились, ты прыгнула в машину и уехала.
Ты резко затормозила, и машину занесло, она перевернулась.
Я подоспел вовремя, чтобы достать тебя и отправить в больницу.
— А когда мы поженились?
— Год назад.
— Да?
А моё кольцо?
Где оно?
— Я подняла руку, на которой, по-моему, разумению должно быть кольцо.
— Ты швырнула его в меня, когда убегала.
Тут он полез в карман и достал оттуда два кольца.
Помолвочное и обручальное.
Золотое с огромным розовым бриллиантом и белое золото в обрамлении десятка мелких белых бриллиантов.
Я потеряла дар речи.
Это как же он хочет меня оставить при себе, что готов выдумать несуществующую свадьбу.
Мне уже становилось страшно.