Читаем Источник светлой радости полностью

Источник светлой радости

Оптина пустынь – один из главных духовных центров России. В беседах с преподобными Оптинскими старцами находили утешение и надежду многие великие люди: Тютчев, Тургенев, Гоголь, Достоевский… Прикоснуться к благодати их мудрости можем и мы.В эту книгу вошли избранные наставления преподобных старцев о том, как жить в любви и вере. Это живой источник светлой радости в нашей жизни, из которого вы сможете черпать вдохновение на каждый день.Книга рекомендована к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви.

Ирина Булгакова , Оптинские преподобные старцы

Публицистика / Документальное18+

Ирина Булгакова

Источник светлой радости. Оптинские старцы

Рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви

Номер ИС Р19-934-3514


Наша святая обитель привлекает к себе многих богомольцев, и часто слышится такое мнение, что, побывав раз в Оптиной, стремятся туда всей душой. Не имеет наша обитель ни чудотворных икон, ни прославленных мощей, но вся земля здесь как бы полита кровью и потом святых старцев, и молитвами их низводит благодать на души верующих. Нигде в другом месте этого нет.

Преподобный Варсонофий Оптинский

Не отбивайся от Оптиной. Верую в то, что каждый приходящий в Оптину пустынь в крайней своей потребности найдет удовлетворение милостью Божией и за молитвы великих наших отец Льва, Макария, Амвросия… Они весьма многих и многих воспитали духовно, для Небесного Отечества. Не перестают и теперь духовно воспитывать и призирать, особенно на тех, которые приходят в Оптину на поклонение их святым останкам.

Преподобный Иосиф Оптинский

Духовная цепь добродетелей

Вход в святую обитель. Оптина Пустынь. Дореволюционное фото


* * *

Делай по силе и не цени сама своих заслуг, и не считай добродетелей, а зри и счисляй свои немощи и грехи, и Господь тебя не оставит никогда.

Преподобный Анатолий Оптинский (Зерцалов)

* * *

Да разве нас могут спасти наши ничтожные добродетели? Разве не помнишь слова Божии: «Вся правда человеча пред Богом есть рубище жены нечистыя» (ср.: Ис 64, 6). Ищи-ка лучше милости у Владыки нашего, а не платы за труды. И спасешься скорее, чем неразумные труженики.

Преподобный Анатолий Оптинский (Зерцалов)

* * *

Только и ты исполни мое желание: помни немощь свою, молодость, беспомощность и держись крепко-прекрепко за кротость. «Мать кроткого не плачет», – говорит древняя пословица. А резвый, говорят, сам набежит. Резвость, дерзость, упрямство не к лицу молодой девочке. Старайся обрабатывать себя. Я не требую, чтобы ты была образцовая, а желаю, чтобы старалась быть таковою. А кротость и скромность есть лучшее украшение юной.

Преподобный Анатолий Оптинский (Зерцалов)

* * *

Молю Господа, да укрепит душу твою и да насадит в сердце веру, надежду и любовь, суть… великие и главнейшие добродетели, ибо вера заставляет нас веровать, надежда – уповать, любовь – любить Бога, и сии три добродетели все равно нужны вам ко спасению, без сих никто не удостаивается наслаждаться лицезрением Божиим и никто не может спастись.

Преподобный Лев Оптинский

* * *

Что совестно просить прощения, это от непривычки. А когда в этом делании обвыкнет человек, то ему в ноги поклониться публично – то же, что орех разгрызть.

Преподобный Анатолий Оптинский (Зерцалов)

* * *

Значит, всяк, кто желает достигнуть Христова Царства, не должен, озираясь, припоминать свои высокие добродетели – и особенно высокие думы, – а зреть подвиги и славу святых: и будем с ними! А свои зри немощи, грехи и исход души, и ужасающие истязания тогдашние – и не согрешишь.

Преподобный Анатолий Оптинский (Зерцалов)

* * *

Исповедь, благочестие или добрая нравственность и молитва необходимы в деле спасения души, но это еще только внешнее, это только труды, только подвиги, это еще только листья, необходимо же принести плоды доброделания, а плоды суть следующие: кротость, смирение и любовь. «На кого воззрю, токмо на кроткаго и молчаливаго и трепещущаго словес Моих» (Ис 66, 2). «Научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем», а далее сказано: «и обрящете покой душам вашим» (Мф 11, 29).

Преподобный Никон Оптинский

* * *

Кротость и смирение сердца такие добродетели, без которых не только Царствия Небесного наследовать, но ни счастливым быть на земли, ни душевного спокойствия ощутить в себе невозможно, а посему усердно молитесь ко Христу Богу, чтобы Он Сам научил вас смирению и кротости. В чьем сердце возродится смирение и кротость, тот и прочие добродетели найдет для себя не только легкими, но и преисполненными утешения и сладости божественной, и в них обрящет истинный покой души своей!

Преподобный Антоний Оптинский

* * *

Спрашиваешь меня, что если имеешь с кем неприятность и надо молиться, и хотя попросишь прощения, но все бываешь немирна к тому человеку и желала бы в таких случаях свое злое сердце истребить и истинно смириться. Этого-то только и требуется, чтобы истинно смириться, то и мир водворится. Ты хотя и попросишь прощения, но только языком, а в сердце с самооправданием, то и нет миру.

Преподобный Макарий Оптинский

* * *

Перейти на страницу:

Похожие книги

Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Кто приказывал Дэвиду Берковицу убивать? Черный лабрадор или кто-то другой? Он точно действовал один? Сын Сэма или Сыновья Сэма?..10 августа 1977 года полиция Нью-Йорка арестовала Дэвида Берковица – Убийцу с 44-м калибром, более известного как Сын Сэма. Берковиц признался, что стрелял в пятнадцать человек, убив при этом шестерых. На допросе он сделал шокирующее заявление – убивать ему приказывала собака-демон. Дело было официально закрыто.Журналист Мори Терри с подозрением отнесся к признанию Берковица. Вдохновленный противоречивыми показаниями свидетелей и уликами, упущенными из виду в ходе расследования, Терри был убежден, что Сын Сэма действовал не один. Тщательно собирая доказательства в течение десяти лет, он опубликовал свои выводы в первом издании «Абсолютного зла» в 1987 году. Терри предположил, что нападения Сына Сэма были организованы культом в Йонкерсе, который мог быть связан с Церковью Процесса Последнего суда и ответственен за другие ритуальные убийства по всей стране. С Церковью Процесса в свое время также связывали Чарльза Мэнсона и его секту «Семья».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Мори Терри

Публицистика / Документальное
1941: фатальная ошибка Генштаба
1941: фатальная ошибка Генштаба

Всё ли мы знаем о трагических событиях июня 1941 года? В книге Геннадия Спаськова представлен нетривиальный взгляд на начало Великой Отечественной войны и даны ответы на вопросы:– если Сталин не верил в нападение Гитлера, почему приграничные дивизии Красной армии заняли боевые позиции 18 июня 1941?– кто и зачем 21 июня отвел их от границы на участках главных ударов вермахта?– какую ошибку Генштаба следует считать фатальной, приведшей к поражениям Красной армии в первые месяцы войны?– что случилось со Сталиным вечером 20 июня?– почему рутинный процесс приведения РККА в боеготовность мог ввергнуть СССР в гибельную войну на два фронта?– почему Черчилля затащили в антигитлеровскую коалицию против его воли и кто был истинным врагом Британской империи – Гитлер или Рузвельт?– почему победа над Германией в союзе с СССР и США несла Великобритании гибель как империи и зачем Черчилль готовил бомбардировку СССР 22 июня 1941 года?

Геннадий Николаевич Спаськов

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / Документальное
Былое и думы
Былое и думы

Писатель, мыслитель, революционер, ученый, публицист, основатель русского бесцензурного книгопечатания, родоначальник политической эмиграции в России Александр Иванович Герцен (Искандер) почти шестнадцать лет работал над своим главным произведением – автобиографическим романом «Былое и думы». Сам автор называл эту книгу исповедью, «по поводу которой собрались… там-сям остановленные мысли из дум». Но в действительности, Герцен, проявив художественное дарование, глубину мысли, тонкий психологический анализ, создал настоящую энциклопедию, отражающую быт, нравы, общественную, литературную и политическую жизнь России середины ХIХ века.Роман «Былое и думы» – зеркало жизни человека и общества, – признан шедевром мировой мемуарной литературы.В книгу вошли избранные главы из романа.

Александр Иванович Герцен , Владимир Львович Гопман

Биографии и Мемуары / Публицистика / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза