С ростом населения колоний и увеличением товарооборота между Старым и Новым Светом, росла необходимость в новых городах, которые возникали, как и во все времена, в стратегических пунктах у перекрестков торговых путей. На Северо-востоке Америки такими пунктами являлись морские порты. Корабли оставались главным транспортным средством, перевозя грузы, как через Атлантику, так и между колониями. В отличие от низменной береговой линии Юга, позволяющей кораблям подходить вплотную к плантациям, используя прилив, скалистые берега Новой Англии требовали для причалов хорошо защищенные естественные гавани, какими являлись заливы Салема и Бостона. Здесь и выросли первые крупные города (Рис. 2.33, 2.34.).
Продолжая средневековые традиции Европы, города Новой Англии планировались без использования ортогональной сетки – улицы прокладывались с учетом естественных препятствий и пожеланий застройщика. Иначе и не могло быть в Пуританской среде, отвергающей диктат централизованной власти.
К середине 17 века англичанами было основано еще несколько колоний. Rhode Island
стал убежищем для пуритан, несогласных подчиняться даже колониальным властям; Maryland основали католики, к которым впоследствии присоединились представители других конфессий. Быстро росла колония, созданная бароном Baltimore, сумевшим привлечь переселенцев религиозной терпимостью, несмотря на царившие в его владениях строгие феодальные законы. Всего, к началу 18 века на Американском континенте насчитывалось около четверти миллиона британцев.Оглядываясь на материал главы, можно заключить, что первые поколения колонистов, за исключением испанских миссионеров, придерживались традиций средневековой Европы, как в планировке городов, так и в архитектуре зданий, отметая многовековой опыт местного населения. Скорее всего, это было вызвано желанием оградить себя от непонятного и часто враждебного окружения чужого континента, воссоздав знакомые образы покинутой родины. По той же причине поначалу не приживались и модные инновации, вроде итальянского Ренессанса, чье влияние было ограничено пассивной деталировкой отдельных зданий в Мексике и Вирджинии.
В следующей главе мы увидим, как во второй половине 17 века Североевропейские страны наконец-то приняли философию Возрождения и как его идеи укоренились в Америке в самом конце этого богатого событиями столетия.
Глава 3. (1650–1763)
Американцы до сих пор романтизируют времена Британской колонизации – с первой четверти 17 века и до 1763 года, в котором Франция уступила Британии права контроля над американскими землями к востоку от Миссисипи. В эти годы колонистами был основан фундамент новой Американской культуры с ее уважением к представительской демократии и невиданными в Европе возможностями индивидуальной социальной мобильности.
В тот же период сформировался характерный образ British Colonial House
(Рис. 3.1.) с его компактным симметричным объемом, gabled или hipped roof (Рис. 3.2.), классическим карнизом под свесом кровли, входом в центре продольной стены и регулярными рядами вертикально открываемых окон (sash windows) – Рис. 3.3.Своим обликом British Colonial House
, как и живописные церквушки (Parish Church) с классическим фасадом и шпилем, украшающие малые города Америки (Рис. 3.4.), обязаны Baroque (Барокко) – версии классицизма, завоевавшей Европу во второй половине 17 столетия и утвердившейся в колониях на полвека позже, когда импульсивная Европа уже осваивала многочисленные Post-Baroque идеи.Истории происхождения Baroque
, а затем Post-Baroque версий классического архитектурного языка и их адаптации на Американском континенте будет посвящена настоящая глава.Рождение Барокко (Baroque)
Архитектура Европы 17 века, реагируя на изменения в обществе, ответила на исчезновение средневекового мировоззрения повсеместным отказом от гибридных средневеково-классических форм и принятием революционных идей Итальянского Renaissance
не только в деталях, но и в концептуальных вопросах пространства, пропорций и ордерной геометрии.