В нашей книге речь пойдет об американской культуре (термин «культура» понимается прежде всего в базовом значении как «система ценностей данной человеческой общности»). Анализируя ее, следует сконцентрироваться на внутриамериканских демократических преобразованиях, на стремлении действовать посредством позитивного примера, а не на случаях навязывания своей воли и институций (что в принципе не может быть результативным) таким далеким и непохожим на США странам, как Филиппины, Вьетнам, Ирак. От выбора приоритета в процессе самоидентификации зависит очень многое. В частности – характер будущей внешней политики страны, которая после окончания «холодной войны» не без напряжения реагирует на события в быстро меняющемся мире XXI века.
Наиболее точную и емкую характеристику американскому обществу дал, пожалуй, Сеймур Мартин Липсет, говоривший о сочетании в американском характере религиозности, оптимизма, патриотизма, индивидуализма и осознанного стремления защищать права человека от малейшего посягательства с чьей-либо стороны. Алексис де Токвиль еще в начале девятнадцатого века писал, что американский социум – это нечто новое, небывалое, неизвестное прежним аристократическим обществам. Разумеется, и при многовековом наличии таких «аристократических обществ» каждая европейская нация уникальна; но уникальность Америки – из-за отсутствия огромных пластов исторического опыта – носит все же особенный характер.
Часть I
Глава первая
Формирование американской нации
Предпосылки возникновения колониальной культуры
Англосаксы, в отличие от испанцев и французов, ехали в Америку с твердым пониманием того обстоятельства, что их ждет не благословенное Эльдорадо, а тяжелый труд в суровой стране. Этот момент является ключевым для понимания американской нации и культуры. Ядро будущего национального единства составили пуритане
Протестантская этика с наивысшей силой проявилась в дневниковых записях капитана Джона Смита, основателя Вирджинии, первой североамериканской колонии Англии. Он писал, что первопоселенцам было нечего ждать, кроме результатов собственных усилий. Идея действенности и обязательности тяжелого труда подкреплялась (и отягощалась) кальвинистским представлением о жизни как неизбежной трагедии, о земном пути как дороге страданий. Вот почему атмосфера первых поселений пуритан угнетает даже в описаниях: перед читателем открываются унылые картины того, как мрачные люди молча и безостановочно пробивают дороги, очищают поля, без радости и песен встречают рождение детей, без славословия провожают усопших.
Но ощущение свободы от полуфеодальных пут Европы стало проявляться довольно быстро. В английских колониях отсутствовала религиозная дисциплина, требуемая англиканскими епископами метрополии, и пуритане мало-помалу обрели невиданный простор не только для культовых отправлений, но и для определения базовых принципов своей жизни. В каждом североамериканском поселении образовалась своя независимая религиозная община, а