Читаем История государства и права зарубежных стран. Часть1 полностью

Власть главы государства (султана, падишаха) была наследственной, он сам мог назначать наследника престола. В Коране содержится перечень обязанностей правителя. На первом месте среди них была охрана ислама, в том числе поддержание религиозных обрядов и преследование еретиков и "лжеучителей". Эти требования не всегда могли быть соблюдены мусульманскими правителями в завоеванной Индии, где сама жизнь часто заставляла их идти на уступки, проводить политику веротерпимости.

Мусульманским правителям принадлежала высшая законодательная и судебная власть. Толкуя нормы мусульманского права, они не могли, однако, не считаться с общепризнанным его толкованием (иджмой).

Высшим чиновником в мусульманском государстве, считавшимся вторым лицом после государя, был визирь, руководитель военного и финансового ведомства. Его основная обязанность состояла в том, чтобы проводить в жизнь приказания султана. Нередко вазиры сосредоточивали всю полноту власти в своих руках.

Центральное управление и в Делийском султанате, и в Могольской Индии осуществляли специальные правительственные ведомства — диваны, призванные, в частности, вести особые книги, содержащие различные сведения, статистические данные общегосударственного значения.

Военное ведомство, ведущее учет военной силы, численности наемного войска, личной охраны султана или падишаха, земельных и денежных пожалований, мест расположения гарнизонов, занимало особое место в мусульманском государственном механизме. Главный интендант и казначей этого ведомства осуществлял контроль над выдачей джагиров в Могольской Индии, проверял на смотрах состояние войска, его снаряжение. Финансовое ведомство контролировало учет и сбор поступлений в государственную казну: налогов, пошлин, выкупных сумм за военнопленных, податей с покоренного населения.

Особое ведомство располагало сведениями о назначении всех чиновников, о суммах, получаемых ими из государственной казны, земельных пожалованиях. Во главе этого ведомства в XVI в. стоял мирсамана. Он ведал также мастерскими и складами падишаха. Ведомство садр-ус-садура было своеобразным главным духовным и судебным управлением, которое мог возглавлять сам государь или доверенное ему лицо. В его ведение входило назначение судей.

Ни в Делийском султанате, ни в Могольской Индии не было четкого разграничения функций между придворными сановниками и государственными чиновниками. Двор Делийского султана был центром политической жизни и управления империи. При дворе особую роль играл вакил-и-дар, дворцовый управитель, следящий за содержанием семьи, приближенных и слуг султана, за султанской кухней и столом. Все слуги при дворе в Могольской Индии имели воинские звания и ранги, они часто осуществляли контроль за деятельностью государственных чиновников. Большую роль в центральном управлении играли личный секретарь падишаха и особый чиновник, который просматривал его указы.

Общие черты государственного механизма Делийского султаната и Могольской Индии не исключали различий между ними, которые выражались не столько в названиях государственных органов и должностей, сколько в характере политического режима. Правители Дели устанавливали свою власть в завоеванной стране методами жестокого подавления народного сопротивления и мятежных индусских правителей. Султаны, опирающиеся на военную силу, конфисковывали имущество, непокорных убивали. Ислам в его суннитском толковании стал государственной религией, а персидский язык (фарси) — языком судебного производства. Правление моголов в Индии началось в другой внутриполитической обстановке, когда был завершен процесс "исламизации" правящей верхушки, а индусские князья и князьки признали в той или иной мере свою зависимость от мусульманских правителей. На политику падишахов стал оказывать определенное влияние индийский город.

Из могольских правителей наиболее заметный след в истории средневекового государства Индии оставил Акбар (XVI в.). В это время произошла определенная "либерализация" политического режима, показателями которой могут служить, например, и некоторое ослабление налогового тягла, и отмена при Акбаре подушной подати — джизьи, а также проводимая политика веротерпимости. Большое количество земель в это время передавалось в собственность не только мусульманского духовенства, но и индусских храмов. Произошло и некоторое изменение политики в отношении городов.

Так, например, в целях раскола зревшей торгово-ремесленной оппозиции, начиная с Акбара, на высшие должности в административном и налоговом аппарате стали назначаться торговцы, ремесленники и другие "низкорожденные" лица. Могольские правители были последователями ханифитской (школа названа по имени ее основателя Абу Ханифы ибн Сабита 699–767 гг.) школы, одной из главных отличительных черт и требований которой был учет местных условий в управлении и судопроизводстве.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Алексеевна Кочемировская , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
1937. Как врут о «сталинских репрессиях». Всё было не так!
1937. Как врут о «сталинских репрессиях». Всё было не так!

40 миллионов погибших. Нет, 80! Нет, 100! Нет, 150 миллионов! Следуя завету Гитлера: «чем чудовищнее соврешь, тем скорее тебе поверят», «либералы» завышают реальные цифры сталинских репрессий даже не в десятки, а в сотни раз. Опровергая эту ложь, книга ведущего историка-сталиниста доказывает: ВСЕ БЫЛО НЕ ТАК! На самом деле к «высшей мере социальной защиты» при Сталине были приговорены 815 тысяч человек, а репрессированы по политическим статьям – не более 3 миллионов.Да и так ли уж невинны эти «жертвы 1937 года»? Можно ли считать «невинно осужденными» террористов и заговорщиков, готовивших насильственное свержение существующего строя (что вполне подпадает под нынешнюю статью об «экстремизме»)? Разве невинны были украинские и прибалтийские нацисты, кавказские разбойники и предатели Родины? А палачи Ягоды и Ежова, кровавая «ленинская гвардия» и «выродки Арбата», развалившие страну после смерти Сталина, – разве они не заслуживали «высшей меры»? Разоблачая самые лживые и клеветнические мифы, отвечая на главный вопрос советской истории: за что сажали и расстреливали при Сталине? – эта книга неопровержимо доказывает: ЗАДЕЛО!

Игорь Васильевич Пыхалов

История / Образование и наука