Читаем История и легенды древнего Рима полностью

Согласно легенде, к Тарквинию Гордому явилась старуха-чужестранка и попросила у него триста золотых монет за девять книг пророчеств кумской Сивиллы. (У поздних авторов по ошибке упоминается Тарквиний Древний). Царь отнесся к старухе с презрением и даже не заглянул в свитки. Тогда Сивилла сожгла три книги и потребовала у царя за оставшиеся шесть книг все те же триста золотых. Царь не стал с ней разговаривать. Ну что ж, Сивилла сожгла еще три книги, и последние три опять же предложила царю. И все за те же триста золотых. (В легенде фигурируют монеты более позднего времени). Но если Тарквиний не возьмет уцелевшие книги, то Сивилла их тоже уничтожит. Царь наконец-то соизволил заглянуть в свитки, был поражен, дал за них сто золотых и потребовал остальные.

«Больше нет, — отвечала Сивилла. — Сгорели».

Без вдохновения она свои сочинения не пишет. Но можно собрать в разных городах и селениях изречения Сивиллы и составить из них недостающие книги.

Так и поступили. Составили новые записи пророчеств и хранили их под охраной специальных жрецов. Сначала жрецов было только двое, с 367 г. до н. э. — десять. Они хранили книги на Капитолии, они же и толковали предсказания книг. В 83 г. до н. э. храм Юпитера, где хранились книги, сгорел, и свитки Сивиллы погибли. Однако собрание было восстановлено: опять разослали посольства по городам — одни в италийские города, другие в Эритры — город в Малой Азии. Сивиллины книги отныне поместили в храме Аполлона на Палатине, а жрецов в 82–81 гг. до н. э. стало пятнадцать. Книги просуществовали до конца IV века, когда были уничтожены христианами.

Книги не содержали прямых предсказаний. Их открывали по приказанию сената во время бедствий, войн, эпидемий или дурных предзнаменований, чтобы узнать, какими обрядами и жертвоприношениями можно отвратить гнев богов. По указанию сивиллиных книг вводились культы новых божеств в Риме. Доступ к книгам имели только жрецы священнодействий — они сами переписывали пришедшие в ветхость записи. Одного из жрецов Тарквиний Гордый казнил как отцеубийцу за то, что тот позволил переписать некоторые оракулы. Квиндецемвиры сообщали не содержание свитков, а лишь свое толкование.

К примеру, именно благодаря сивиллиным книгам в Риме появились такие иноземные культы, как культ Эскулапа и Великой Матери Богов Кибелы.

ЧАСТЬ II


РЕСПУБЛИКА


Глава 1

Рождение Республики — самый удивительный миф Рима

510 г. до н. э

Перейти на страницу:

Все книги серии Древний мир

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии