Читаем История крестовых походов полностью

После завоевания Антиохии султан Бибарс некоторое время не беспокоил серьезно сирийских христиан. В 1269 и 1270 годах его внимание было обращено главным образом на планы и действия монголов и крестоносцев с Запада. В Иране и соседних с ним областях Месопотамии и Малой Азии господствовал в то время сын Гулагу, хан Абага, который снова серьезно угрожал Сирии в дружественном союзе с армянами и европейскими христианами. Но сила монголов не была уже больше так страшна, как несколько лет назад, потому что их громадное царство распалось на несколько отдельных государств, и Береке, хан Кипчакский (она севернее Персии) находился во вражде с Абага. Поэтому Бибарс заключил союз с Береке и этим несколько застраховал себя от ярости иранских монголов, между тем как смерть Людовика IX и возвращение королей Французского, Сицилийского и Наваррского в свои государства освободили его от страха перед крестоносцами. Однако, как только султан почувствовал, что у него руки снова развязаны для войны с сирийскими христианами, он тотчас бросился на их владения с обновленной необузданностью. В начале 1271 года он явился с большой силой перед замком госпиталитов Краком в земле за Триполисом[94], взял его после короткой осады, затем направился к недалеко расположенным крепостям Боэмунда VI, покорил их, между прочим сильную крепость Аккор, наконец осадил Монфор, главное укрепление рыцарей Немецкого ордена вблизи Аккона и завладел им 12 июня. При этом, после каждого удара, который он наносил своим противникам, он осыпал их злыми насмешками или пророчеством о скорой их окончательной погибели и этим побудил мало-помалу госпиталитов, тамплиеров и Боэмунда VI Триполисского большими жертвами купить у него перемирие.

Между тем несчастные христиане получили, правда, некоторое подкрепление, когда сирийского берега достигли остатки фризских пилигримов, из которых многие погибли на пути, и принц Эдуард с небольшим войском. Вскоре после того прибыл в Аккон также брат Эдуарда, принц Эдмунд. Но даже и с этими подкреплениями христиане были слишком слабы, чтобы начать нападения на Бибарса, тем более, что перемирие, в которое не вошли только Аккон с соседними городами и крепостями, осуждало к бездействию целую половину их военных сил. Поэтому султан видел себя в приятном положении — беззаботно переходил от одного дерзкого предприятия к другому. Но теперь он направил свое оружие еще не против главного гнезда враждебной силы, против самого Аккона, а против Кипра, покорением которого он надеялся приобрести господствующую позицию, как бы в тылу сирийских христиан. С величайшей ревностью он старался вывести в море сильный военный флот, которого у него до сих пор не было, и в самом деле ему удалось еще в 1271 году отправить против Кипра целую эскадру. Но на этот раз дело не удалось, корабли наткнулись на рифы перед неприятельским берегом, и все сделались добычей частью волн, частью христиан; к тому же последние в своей беде послали за помощью к хану Абага, дикие орды которого наводнили северную Сирию с ужасными опустошениями. Однако Бибарс тотчас двинулся против монголов, быстро оттеснил их обратно в их царство, и вскоре вся сила султана снова угрожала крестоносцам, которые уже было успели потешиться несколькими безнаказанными набегами и грабительскими походами в область мусульман. Тут им помог король Карл Сицилийский, побудив Бибарса 22 апреля 1272 г. согласиться на перемирие также для города Аккона и окрестных местностей на десять лет, десять месяцев и десять дней. В этой сделке не были, однако, особенно упомянуты английские принцы. Младший из них, Эдмунд, правда, тотчас после того вернулся на родину, но старший, Эдуард, напротив, остался некоторое время в Сирии, и потому Бибарс не посовестился подкупить ассасинов для убийства этого противника. 16 июня 1272 года на принца напал один из убийц, добившийся его доверия: ему, правда, удалось отклонить смертельный удар и даже убить нападавшего; но все-таки он получил тяжелую рану, ему понадобилось значительное время для выздоровления и затем он также покинул Святую Землю, чтобы вскоре вступить в правление отцовских государств.

Перейти на страницу:

Все книги серии События, изменившие мир

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза