Перемены, явившиеся после возвращения домой, день за днём въедались под кожу хозяина квартиры на четвёртом этаже и с наступлением очередной весны, он полюбил ухаживать за огромными кустами азалии, что пышно зацвели, украшая клумбы у ограды забора. Опадая, лепестки окрашивали святой белизной, землю. Казалось, словно первый снег выпавши, никак не таял, даже в жаркую погоду. Стройная ива, окружённая березами, кленами и дубами, хранила зелень листьев до первого месяца зимы, запаздывая с капитуляцией перед холодами. Постепенно двор стал выглядеть весьма ухоженным, но мужчину слегка удручал тот факт, что солнечные лучи будто по собственной воле избегают освещать деревья, кусты и по этой причине, место выглядит неприветливым. Скамейки пустовали и редко слышались беседы праздно прогуливающихся пар, а ему так хотелось привнести озорных солнечных зайчиков, отражённых от капель дождя на листве, внутрь квартир. Тогда демон, взявший образ человека, присвоивший себе руки и пальцы, ноги и суставы, сребряные власы, череп, без определённых черт лица и пустующими глазницами, стал по вечерам забираться на вершину кроны какого-либо дерева и ловить свет от заходящего солнца для кустов азалии.
Белый призрак зимы не знал, видел ли владелец квартиры его хоть раз. Замечал ли в отражении на оконных стёклах или зеркал, боковым зрением, когда взгляд сфокусирован на каком-либо случайном предмете. Ощущал ли прохладное присутствие сверхъестественного, знал ли о его нахождении, благодаря предчувствию, вживлённому под кожу древними инстинктами, повествовавшими о временах, когда боги ходили средь людей. Или может, хоть вечерние тени подсказали ему о любопытствующем взгляде пустых орбит в призрачном черепе демона, который на самом деле сомневался, желает ли он быть увиденным этим человеком. В каком образе, исчадье белых пустынь, предстанет пред взором, рождённого существа? Сумеет ли молодой мужчина встретиться как с равным с существующим на задворках жизни, узреть истинным взглядом свободного хищника пред собою? К сожалению, после любопытства, снежный демон познал горечь сомнений и неуверенности.
Иногда он хватался ладонью за одну из перекладин пожарной лестницы и упираясь босыми ступнями о кирпичную стену, зависал в таком положении, пока хозяин квартиры проводил дни и ночи у окна, за столом, в своём кабинете, окружённый множеством книг, увлечённо читая одну за другой. Некоторые книги, на вид старые, потрёпанные временем и прикосновениями чужих рук, он перечитывал снова и снова, а на полях новых, оставлял пометки остро заточенным карандашом. Странно, не смотря на одинокое проживание хозяина этой квартиры, у него была привычка зачитывать вслух понравившиеся отрывки произведений и молодой демон прислушивался к его голосу, в котором, со временем, научился различать интонации. Не зная названий часто сменяющимся настроениям человека, он начал понимать собственные ощущения от звучания голоса, которое приносило порой лёгкость и тогда он слегка раскачивался из стороны в сторону, держась за перекладину лестницы. А порой, всё естество наливалось тяжестью и даже крепкие пальцы отказывались удерживать демона над землёй.
...Я тебя отпущу, снова и снова. Беги, спеши, лети, я не стану держать. Скорее, неудержимо стремись вперёд! Со всех ног, запинаясь, без объяснений и прощаний, захлопни дверь за собой. Убегай, далеко, ещё дальше, ищи свободы, ищи забвения, ищи себя. Надейся на другой мир, на спасение, на счастье. Беги, убегай от меня. И для возвращения не ищи причин...