В один прекрасный день я в очередной раз шёл по своему маршруту в школу и решил заглянуть в окно, от которого исходил уютный рыжеватый свет ночника, а занавески были кружевными, с приятным бежевым оттенком. Заглянув в него, я увидел девочку с красивыми пшеничными волосами, заплетёнными в косички, украшенные тёмно-синими атласными лентами. Глаза её были как два изумруда, кожа покрыта веснушками. Личико было, ну просто кукольное. В такое раннее время она сидела, одетая в красивый тёмно-синий сарафан с кружевными манжетами. Её я видел лишь наполовину, так как мой рост не позволял заглянуть туда полностью. С виду она была примерно моего возраста, но в школу она, похоже, не собиралась. Она лишь сидела на диване кофейного цвета и вязала красивые варежки.
Комната её была настолько уютная, что, оказавшись в ней, уходить не захотелось бы. Стены были ванильного цвета, в углу стояло пианино, рядом находился стол с множеством книг, от самых старых романов и поэм до современных сказок и рассказов. У другой стены стоял диван красивого кофейного цвета с дубовыми вставками. На столе стояла красивая ваза с молодой гипсофилой.
Я достаточно долго наблюдал за этой интересной особой, настолько долго, что позабыл совсем о школе. Спешно вернувшись на дорогу, я пообещал себе, что вернусь сюда.
Своё обещание я сдержал и на следующее утро был там и наблюдал за тем, что будет происходить.
Сегодня девочка сидела рано утром за пианино, играя пятую симфонию Чайковского. Сегодня одета она была иначе. Кудрявые волосы были рассыпаны по её хрупким плечам, одета она была в платье мятного цвета с белым воротничком. Играла она очень красиво, ноты лились одна за другой. Казалось, будто она играет лучше многих пианистов. Я слушал, как она играет еще долго, пока не понял, что опять опаздываю на занятия.