Существенное улучшение хозяйственной ситуации наступило в позднеледниковое время. Повышение температур и влажности, начавшееся около 16 тыс. лет назад, привело к распространению лесов и саванн и к увеличению биомассы. Этот рубеж совпал и с началом нового этапа в технологии первобытного человека — с изобретением микролитической техники, с помощью которой изготавливали совершенные орудия. В то же время начиналось интенсивное рыболовство и сбор съедобных растений. Все это приводило к росту населения, увеличению размеров поселений и к расширению области обитания. По-видимому, важнейшим моментом в истории первобытного населения Ближнего Востока было проникновение в область «Благодатного полумесяца», в естественные ареалы дикорастущих злаков пшеницы и ячменя. Широкое использование эпипалеолитическим населением дикорастущих злаков доказывают многочисленные находки вкладышей серпов — кремневых пластин с характерной заполированностью, а также пестов и тёрочников — орудий, употреблявшихся для обработки растительной пищи.
Критическим этапом в предыстории производящего хозяйства был промежуток времени 11–10 тыс. лет назад, когда на Ближнем Востоке вновь установились гипераридные условия. Вероятно, тогда «работала» оазисная модель Г. В. Чайлда. Довольно многочисленное население, имевшее уже длительный опыт употребления в пищу дикорастущих злаков, сосредоточилось в сравнительно немногочисленных оазисах, обеспеченных водой. Вполне возможно, что в этих оазисах люди пытались имитировать естественные травостои, высевая на увлажненных участках семена злаков. Имея возможность наблюдать за естественным циклом размножения животных, сосредоточившихся у тех же источников воды, люди могли производить здесь первые опыты по одомашниванию козла и барана.
Примерно 10 тыс, лет назад началось послеледниковое потепление и увлажнение. Увеличение вегетационного периода создало исключительно благоприятные условия для развития зарождающегося земледелия. Распространение растительности увеличило пастбища для скота. Это были естественные предпосылки для развития производящего хозяйства. Изобретение земледелия и скотоводства было важнейшим скачком в развитии производительных сил первобытного человечества. Г. В. Чайлд был, безусловно, прав, когда ставил «неолитическую» революцию в один ряд с промышленной революцией XVII–XVIII вв. Получение доступа к устойчивым источникам пищи, возможность контролировать эти источники имели огромные исторические и социально-экономические последствия. Устойчивое питание, а также обогащение пищи белками и углеводами привели к некоторому удлинению продолжительности жизни и соответственно брачного периода. Вследствие этого произошел демографический взрыв — резкое увеличение численности и плотности населения. С этого времени явственно вступает в действие демографический фактор, отмеченный многими исследователями. Уже для раннеземледельческих культур характерно увеличение числа и размеров поселений. Появляются крупные центры, численностью более 1 тыс. человек. Тем не менее с началом земледелия увеличение оседлости неизбежно сопровождалось усилением миграционных процессов. Раннеземледельческая экономика была исключительно неустойчива.
Из этнографических наблюдений известно, что неблагоприятные климатические условия (засухи или, наоборот, ливневые дожди), почти не отражаясь на хозяйстве бродячих охотников-собирателей, имели катастрофические последствия для примитивных скотоводов. Резкое понижение урожайности могло вызвать засоление почв (следствие экстенсивного земледелия) или опустынивание (результат вытаптывания растительности стадами коз и овец). Эти обстоятельства, а также эпидемии, возникавшие в скученных поселках, приводили к тому, что нередко ранним земледельцам приходилось покидать насиженные места и уходить в поисках новых земель. Таков был механизм распространения земледелия и скотоводства.
Часто размещение производящего хозяйства на огромных пространствах Старого Света объясняют миграциями племен земледельцев и скотоводов. Имеются даже математические расчеты, определяющие скорости таких миграций. Однако новые археологические данные заставляют отказаться от прямолинейной миграционной модели.
Какие-то миграции, безусловно, происходили: это следует из того, что большая часть хлебных злаков и предковых форм домашних животных концентрируются в одном районе — в «Благодатном полумесяце». Но эти миграции носили ограниченный характер. В основном происходило вовлечение в земледельческое и скотоводческое производство местных мезолитических племен, которые обучались у пришельцев с Ближнего Востока и передавали благоприобретенные навыки своим соседям.