Читаем История целибата полностью

Обычно целибат сочетает в себе элементы каждого из этих полярных воздействий, причем, как правило, какая-то одна составляющая превосходит остальные. Это особенно справедливо в случае добровольного соблюдения целибата. Девушка, еще не расставшаяся с девственностью, может страдать от безответной эротической страсти, но она знает, что делает это ради своего будущего благополучия, которое может быть обеспечено заключением достойного брака. Брахмачарин или священник, соблюдающий целибат в долгосрочной перспективе, может бороться с сексуальными желаниями, но он знает, что его награда состоит в достижении высшего знания или соединения с Господом. Албанская девственница или индийская садхин[1187] обменивают удовольствие от того, что подержат ребенка на руках, на право перепахать поле, выкурить сигарету и выражаться свободно, как мужчина. Честолюбивые монахини отказывают себе в праве иметь семью, но гордятся возможностью учиться и молиться, управлять финансами монастыря и пользоваться репутацией мудрых и знающих людей. Афроамериканские шейкеры или последователи отца Дивайна должны были передать свои права на сексуальное самовыражение, но они жили в общинах, отвергавших расистские нормы внешнего мира и позволявших молиться и вести своих последователей, как белых, так и черных.

С другой стороны, те, кто стал соблюдать целибат принудительно, скорее всего, находят свои обязательства значительно более обременительными, чем несущими вознаграждение. Хранящая девственность молодая девушка, которую нужда или другие трудности вынудили навсегда оставаться в девицах, могла бы выдержать такое унизительное существование, понимая, что составляет нежелательное бремя для семьи, хоть и не рискует скончаться при родах. Индийская малолетняя вдова, возможно, воспринимает соблюдение ею целибата как еще одно из многих лишений, выпавших ей на долю, понимая его как наказание за то, что обрекла на смерть мужа своим поведением в прошлой жизни. Осужденный вор страдает от сексуального воздержания и прекращения супружеских отношений, рассматривая его как жестокую составляющую своего заключения, и не находит в этом ничего искупительного. Равным образом, нежеланная дочь, отправленная в женский монастырь и навеки лишенная счастья иметь детей, проклинает целибат, на соблюдение которого ее обрекает монашеское существование.

Что касается насильно кастрированных евнухов, то здесь равновесия между положительными и отрицательными сторонами почти не было. Многие евнухи достигали высот власти, немыслимых для других выходцев из низших каст или классов, но навечно теряли возможность создать собственные семьи. Некоторые кастраты достигали славы и богатства благодаря их несравненно мощным, высоким и невероятно красивым голосам, но, как и других евнухов, их осмеивали, над ними потешались из-за их женоподобных тел и женственной манеры поведения.

В наше время сексуальная революция, противозачаточные таблетки и СПИД резко изменили существовавшее раньше положение вещей. Девственность в качестве необходимого условия для успешного брака значительно упала в цене, а сексуальный опыт, особенно если он повышает эротические навыки молодых людей, теперь считается скорее преимуществом, чем недостатком. Противозачаточные таблетки и другие легкодоступные контрацептивные средства также внесли свой вклад в изменение сексуального поведения благодаря снижению вероятности беременности почти до нуля. Тем не менее СПИД, который может превратить сексуальные отношения в потенциально смертельное удовольствие, в определенной степени сводит на нет преимущества противозачаточных средств, таких как презервативы и химические контрацептивы.

Эти новые обстоятельства снизили значение некоторых соображений, игравших важную роль в прошлом, прежде всего связанных с религиозными и нравственными проблемами. Равным образом они сказались на прогнозируемых социальных результатах, которые теперь в гораздо меньшей степени влияют на суждения и решения людей в плане сексуальных отношений. Вследствие этого сексуальная вседозволенность в наше время распространена гораздо шире, чем целибат. Активные сексуальные отношения, хоть и ведут иногда к фатальному исходу, составляют выбор образа жизни большинством людей, а целибат в подавляющем большинстве случаев отвергается как неприемлемое состояние, свидетельствующее о глубоких психологических проблемах или даже о жутком наказании, в чем-то сопоставимым с самой смертью.

Перейти на страницу:

Все книги серии Воздержание

История целибата
История целибата

Флоренс Найтингейл не вышла замуж. Леонардо да Винчи не женился. Монахи дают обет безбрачия. Заключенные вынуждены соблюдать целибат. История повествует о многих из тех, кто давал обет целомудрия, а в современном обществе интерес к воздержанию от половой жизни возрождается. Но что заставляло – и продолжает заставлять – этих людей отказываться от сексуальных отношений, того аспекта нашего бытия, который влечет, чарует, тревожит и восхищает большинство остальных? В этой эпатажной и яркой монографии о целибате – как в исторической ретроспективе, так и в современном мире – Элизабет Эбботт убедительно опровергает широко бытующий взгляд на целибат как на распространенное преимущественно в среде духовенства явление, имеющее слабое отношение к тем, кто живет в миру. Она пишет, что целибат – это неподвластное времени и повсеместно распространенное явление, красной нитью пронизывающее историю, культуру и религию. Выбранная в силу самых разных причин по собственному желанию или по принуждению практика целибата полна впечатляющих и удивительных озарений и откровений, связанных с сексуальными желаниями и побуждениями.Элизабет Эбботт – писательница, историк, старший научный сотрудник Тринити-колледжа, Университета Торонто, защитила докторскую диссертацию в университете МакГилл в Монреале по истории XIX века, автор несколько книг, в том числе «История куртизанок», «История целибата», «История брака» и другие. Ее книги переведены на шестнадцать языков мира.

Элизабет Эбботт

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Педагогика / Образование и наука

Похожие книги

Форма реальности. Скрытая геометрия стратегии, информации, общества, биологии и всего остального
Форма реальности. Скрытая геометрия стратегии, информации, общества, биологии и всего остального

Эта книга изменит ваше представление о мире. Джордан Элленберг, профессор математики и автор бестселлера МИФа «Как не ошибаться», показывает всю силу геометрии – науки, которая только кажется теоретической.Математику называют царицей наук, а ее часть – геометрия – лежит в основе понимания мира. Профессор математики в Висконсинском университете в Мэдисоне, научный сотрудник Американского математического общества Джордан Элленберг больше 15 лет популяризирует свою любимую дисциплину.В этой книге с присущими ему легкостью и юмором он рассказывает, что геометрия не просто измеряет мир – она объясняет его. Она не где-то там, вне пространства и времени, а здесь и сейчас, с нами. Она помогает видеть и понимать скрытые взаимосвязи и алгоритмы во всем: в обществе, политике и бизнесе. Геометрия скрывается за самыми важными научными, политическими и философскими проблемами.Для кого книгаДля тех, кто хочет заново открыть для себя геометрию и узнать об этой увлекательной науке то, чего не рассказывали в школе.Для всех, кому интересно посмотреть на мир с новой стороны.На русском языке публикуется впервые.

Джордан Элленберг

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Сталин и Рузвельт. Великое партнерство
Сталин и Рузвельт. Великое партнерство

Эта книга – наиболее полное на сегодняшний день исследование взаимоотношений двух ключевых персоналий Второй мировой войны – И.В. Сталина и президента США Ф.Д. Рузвельта. Она о том, как принимались стратегические решения глобального масштаба. О том, как два неординарных человека, преодолев предрассудки, сумели изменить ход всей человеческой истории.Среди многих открытий автора – ранее неизвестные подробности бесед двух мировых лидеров «на полях» Тегеранской и Ялтинской конференций. В этих беседах и в личной переписке, фрагменты которой приводит С. Батлер, Сталин и Рузвельт обсуждали послевоенное устройство мира, кардинально отличающееся от привычного нам теперь. Оно вполне могло бы стать реальностью, если бы не безвременная кончина американского президента. Не обошла вниманием С. Батлер и непростые взаимоотношения двух лидеров с третьим участником «Большой тройки» – премьер-министром Великобритании У. Черчиллем.

Сьюзен Батлер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука