Читаем Юрфак.ru. Зона Хиггса полностью

На военке галстук был обязателен. Завязывать его узлом я не умел, поэтому попросил у Чухровича галстук на резинке. Он отдал мне старый отцовский. Тот галстук  у меня до сих пор в шкафу висит, правда, я его давненько не видел. Так что я был экипирован по полной программе, а у Лёхи галстука не было, зато специально для военной кафедры он привёз из дома десяток белых нейлоновых рубашек, кстати, тоже отцовских, которые Владимир Матвеевич не носил по той причине, что они, неудобные, вышли из моды к середине 60-х годов.


Я надену, как в апреле, рубаху

и попрусь с цветами барышню охать. 241.формат.


Такое количество рубашек Лёха объяснял тем, что хотел их, по мере загрязнения, выбрасывать, чтобы не заниматься стиркой.


Так от чего мы больше далеки:

от православья или эллинизма? 242.формат.


Подобное отношение к имуществу Лёха продемонстрировал и позднее, на сборах. По его предложению мы прихватили с собой по старой простынке (со штампом МПС), от которых, на ночь глядя, отрезали свежую белую полоску, которую и пришивали на гимнастёрку, чтобы каждый вечер по-человечески спать, а не стирать подворотнички, как это делали наши другие, менее оборотистые товарищи.


Марфа, суетишься ты о многом,

а одно только нужно. 243.формат.


Однако с рубашками у Лёхи не получилось. При виде такого богатства глаза у нашей Вальки загорелись, и она выпросила большую их часть для семейных нужд. Так он остался при двух белоснежных сорочках вместо десяти. Количество рубашек уменьшилось, а нерешённых проблем увеличилось. На горизонте замаячила ещё одна.


Жду волчьих зим – седых невест,

с вороньим табором окрест. 244.формат.


В стенах военной кафедры свирепствовал майор Ростовцев, поэтому идти на военку в белой рубашке без галстука было чистым самоубийством. Не идти совсем – ещё хуже. Выход был найден. Флуоресцентной гуашью я нарисовал галстук на рубашке. Нейлон хорошо держал краску.


Что ж ты поинтересней дела

себе, сын ночи, не припас? 245.формат.


Майор сначала ничего не понял. Стоял перед строем, тупо пялился на впалую Колдаевскую грудину, видел, что-то не то, а в чём дело, скумекать не мог. Когда въехал, охренел.


Варом кровавым вскипели воды,

вспучился омут, покрылся пеной,

мутные волны вздымаясь, дымились

багровым паром, кровью злорадца. 246.формат.


Ростовцев гневно пыхтел, булькал  утробой, но взыскание за нарушение формы одежды объявить не рискнул. Норматив соблюдён. Шедевр был изготовлен рукой мастера.


Бог художник. Бог поэт.

Я – его автопортрет. 247.формат.


За это Лёха, как и положено, отплатил мне чёрной неблагодарностью.


Русский предатель. Он душит себя самого.

Так принимает он казнь не от мира сего. 248.формат.


Проснулся я утром в следующую пятницу, собираюсь на войну, а Валька села на стул, смотрит на меня и ржёт в полный голос.


Застрелилась, а смеётся – розовая вся. 249.формат.


Все остальные ведут себя как ни в чём не бывало, а она веселится:

- Пойди, в зеркало посмотрись.

Я зашёл в Валькину комнату (зеркало было только там), глянул на себя и загрустил.


Не удачлив мой путь, тяжек мысленный воз,

кобылица-душа тянет в луг, где цветы. 250.формат.


На лбу у меня, выведенное чёрной (неблагодарной) краской, красовалось слово из трёх букв (икс, игрек и ещё что-то из высшей математики). Умывался я водой обильно, однако без мыла, поэтому буквы, хотя немного стёрлись, но читались хорошо. Если бы не квартирная хозяйка, я так бы и припёрся на военку в боевой раскраске.


Вчерашнего сна швабры ресниц наружу. 251.формат.


Той ночью Лёха, Сорокин и Моисей вернулись домой на кривой кочерге, увидели на столе неубранные баночки с краской и решили пустить их в дело. Поскольку я отказался просыпаться, они меня и разукрасили, а утром, негодяи, тупили взор, старательно делая вид, что ничего не произошло.


Уйду я,

солнце моноклем вставлю

в широко растопыренный глаз. 252.формат.


О хороших джинсах мечтали все, но купить могли немногие. И  не потому, что не было денег (хотя этот аспект тоже присутствовал), а потому, что джинсы отсутствовали в продаже как таковые. Их можно было купить только у фарцовщиков с рук, либо за чеки серии «Д» в магазинах фирмы «Берёзка». На чёрном рынке джинсы стоили 70 рублей и выше, в Берёзе – 14 чеков.


«Берёзка» - двойная сеть розничных магазинов, реализовывавших товары и продукты питания: а) за иностранную валюту иностранцам и за сертификаты, позже чеки Внешторгбанка и Внешпосылторга —загранработникам, б) за чеки серии «Д» - сотрудникам дипломатического корпуса. 13.руст.


По молодости Моисей тесно общался с малопривлекательной на вид, но отзывчивой по натуре женой одного шофёра-дальнобойщика. Встречались они в те моменты, когда шофёр-дальнобойщик усталыми глазами гляделся в ночь, колеся с напарником мужского пола по дорогам Швеции (Финляндии).


Расстегните шокирующую кнопку! 253.формат.


Астра, так звали скучающую женщину,  иногда поддерживала Моисея материально. Поэтому я не удивился, когда он и Лёха стали звать меня в ресторацию и на вопрос, откуда деньги, получил ответ:

- Астрочка дала.


Запах водки, хвои и трески,

мандаринов, корицы и яблок. 254.формат.


Перейти на страницу:

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Кожевников , Вадим Михайлович Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне