Читаем Из дневников матери полностью

Из дневников матери

Отрывки из дневников матери. Принадлежат разным годам. От 1935 до 1959 года. Это было трудное время для всех. Мысли, события факты. Обложка автора.

Маргарита Макарова

Историческая литература / Документальное18+

Маргарита Макарова

Из дневников матери

Из дневников матери.39-59год

Долгие годы лежали в книжном шкафу папки. Огромные папки с бумагами. С тех пор, как я помню свою мать, – она уже там ничего не писала. Не записывала. Не вела. Своими впечатлениями и мыслями она делилась с нами – с дочками. Дневник был заброшен, забыт. Когда она была жива – у меня не было потребности ее читать. Я просто спрашивала у нее. Когда она умерла, я несколько раз пыталась, но почерк этот так просто не разобрать. И я, снова погружаясь в свои дела и суету, оставляла это на потом. Вот только небольшая часть ее дневников, что смогла разобрать.


Тут все не по датам. Я расположила отрывки так, как смогла разобрать. Кусками.


О матери. Родилась в 1919 году. Под Москвой. В деревне Манихино Истринского района. Мать ее была неграмотной батрачкой. Умерла в 40 лет, в начале войны. Отец – был профессиональным портным. В семье было 8 человек детей. Мать моя была старшей. На фото она в матроске. Сразу после школы она поступила в институт цветных металлов и золота. Закончить его не успела. Война застала ее на практике. В 1941 году семья оказалась в оккупации. 11 дней стояли немцы под Москвой. В дом попала бомба. Он был уничтожен. Когда началось наше наступление, они всей гурьбой пешком ушли в Москву. Осели в Тушино. В бараке. Мать поступила на военный завод, сестры в госпиталь. После войны мать закончила институт- защитила диплом, и родила двоих детей от разных отцов.



Письмо 1956года.


Письмо твоё полно тревоги.


Я стараюсь представить себе существо так взволновавшее тебя "неприятностью".


Чем могу я тебя утешить, чем помочь? Я очень часто думаю, что люди призывающие других на подвиги самоотречения, сами живут культом самосохранения, культом сплошной корысти.


Это стало трагедией партии. Всё очень естественно. Положение партии, как господствующей в государстве сделало её уродом от насыщения честолюбцами, шкурниками, карьеристами, а партийная дисциплина, требующая от её членов солдатского повиновения, привела её, или в конце концов приведёт к морально-идеологическому кризису, вследствие того, что коммунисты, как солдаты, утрачивают способность к инициативе мысли.


не потому ли французские коммунисты заговорили о необходимости демократизации партии.


Об этом очень больно думать, и тем больнее говорить, но это настолько очевидный факт, что не замечать его невозможно.


Я иногда думаю, что рутинёрство – это национальная трагедия. В ответ на эти мысли мне вспоминается Бунин:


"Ты подумай только: пашут целую тысячу лет, да что я – больше! – а


пахать путем – то есть ни единая душа не умеет! Единственное свое дело не


умеют делать! Не знают, когда в поле надо выезжать! Когда надо сеять, когда


косить! "Как люди, так и мы", – только и всего. Заметь! – строго крикнул он,


сдвигая брови, как когда-то кричал на него Кузьма. – "Как люди, так и мы!"


Хлеба ни единая баба не умеет спечь, – верхняя корка вся к черту


отваливается, а под коркой – кислая вода!"


Венгерские события многих заставили думать.


Вот факты:



Директор почти каждый день бывает в цехе. Заливщики и стреженщики требуют улучшить условия труда( вентиляцию). Сказали был шумным. требуют пересмотреть продолжительность рабочего дня, продолжительность отпуска и продолжительность стажа для пенсии. Директор вступил в ходатайство перед ЦК Профсоюзов.


Чтобы получить премию за октябрь старший мастер ходил с делегацией к Пугину. Премию получили.


Но это – рутинерство в законодательстве!(т.н. бюрократизм).


А экономика, а производство? Здесь рутина может лишь проявиться как обнищание народа, экономическая и технологическая отсталость государства.


Меньше всего я думаю, что это трагедия системы. Система- единственно возможная, даже со всем её несовершенством. А несовершенство ее до сих пор!– опять-таки результат рутины, результат национальной трагедии, которая, по моему мнению не только исторический факт, но и национально-психологический.


Прости, что я наполняю свои письма подобными трактатами. Мне бы хотелось написать тебе что-нибудь такое, что могло бы ободрить тебя, ещё больше хотелось бы видеть тебя.


Я буду ждать тебя на Нов. год в Тушино, если ты приехать не сможешь, то приглашай в гости – я приеду к тебе, как только получу отпуск на дипломную работу(очевидно в январе).


Будь здоров и бодр, письма не рви, а написав, отправляй сразу, чтобы я не ждала их так долго.




2августа 1945 г.


г. Красноуральск.


И здесь живут люди…, вернее проживают здесь… Почему они здесь живут? Почему они молчат, превращаясь в травоядных животных? ПОЧЕМУ МОЛЧАТ ИЗО ДНЯ В ДЕНЬ, ПРЕВРАЩАЯСЬ В ЖМЫХОВЫЕ ОТХОДЫ ПОТОГОННОГО ПРОИзводтсва? Почему они послушны необходимости труда, когда нет элементарных условий существования?


ГОЛОД. Это всесильное божество всех живых на земле теряет свою силу перед безграничным тупо-покорным терпением русских людей.


Голод… Настоящий, русский, уральский – это не хлеб черный без мяса, это не маргарин, это – не сон без ужина, не день без обеда.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Трезориум
Трезориум

«Трезориум» — четвертая книга серии «Семейный альбом» Бориса Акунина. Действие разворачивается в Польше и Германии в последние дни Второй мировой войны. История начинается в одном из множества эшелонов, разбросанных по Советскому Союзу и Европе. Один из них движется к польской станции Оппельн, где расположился штаб Второго Украинского фронта. Здесь среди сотен солдат и командующего состава находится семнадцатилетний парень Рэм. Служить он пошел не столько из-за глупого героизма, сколько из холодного расчета. Окончил десятилетку, записался на ускоренный курс в военно-пехотное училище в надежде, что к моменту выпуска война уже закончится. Но она не закончилась. Знал бы Рэм, что таких «зеленых», как он, отправляют в самые гиблые места… Ведь их не жалко, с такими не церемонятся. Возможно, благие намерения парня сведут его в могилу раньше времени. А пока единственное, что ему остается, — двигаться вперед вместе с большим эшелоном, слушать чужие истории и ждать прибытия в пункт назначения, где решится его судьба и судьба его родины. Параллельно Борис Акунин знакомит нас еще с несколькими сюжетами, которые так или иначе связаны с войной и ведут к ее завершению. Не все герои переживут последние дни Второй мировой, но каждый внесет свой вклад в историю СССР и всей Европы…

Борис Акунин

Документальное / Историческая проза / Историческая литература
На торный путь
На торный путь

По Прутскому миру Россия потеряла свои завоевания на юге, и царь Пётр, после победы над Швецией, начал готовить новую войну с турками, но не успел. При его преемниках всё пошло прахом, дело дошло до того, что знать в лице восьми «верховников» надумала, ограничив власть царя «кондициями», править самостоятельно. Государыня Анна Иоанновна, опираясь на поддержку гвардии, разорвала «кондиции», став самодержавной императрицей, и решила идти путём, указанным Петром Великим. А в Европе неспокойно: идёт борьба за польский престол, шведы ведут тайную переписку с турецким султаном, чьи войска постоянно угрожают русским землям, да и союзники у России весьма ненадёжные…Новый роман признанного мастера исторической и остросюжетной прозы.

Николай Николаевич Дмитриев

Исторические приключения / Историческая литература / Документальное
Последний рубеж
Последний рубеж

Влад Кугуар де Арнарди, борт-оператор Корпоративного Конвоя, никогда и ни при каких обстоятельствах не раскисает. Потому что знает о себе главное. И знает твердо. Знает, что на какую бы планету ни занесло, каким бы статусом ни наделила судьба, что бы ни стряслось, он, прежде всего, солдат. Десять лет тянул он лямку в действующей армии, и чем бы теперь ни оказались заняты руки, они всегда будут помнить тяжесть снаряженной винтовки. Говорят, настоящий солдат не бывает бывшим. Верно говорят. Так и есть. Влад уже год как не в строю Штурмовой Дивизии Экспедиционного Корпуса, но по-прежнему чувствует себя бойцом атаки. Вот почему, когда древнее Пророчество Сынов Агана стало явью, когда Зверь вновь начал охоту на души людские, когда над Миром нависла угроза Вечной Тьмы, имя которой Бездна, Влад, не задумываясь, вступает в бой.

Алексей Корепанов , Алексей Крупнов , Борис Екимов , Дмитрий Борк , Роман Выговский

Фантастика / Приключения / Исторические приключения / Научная Фантастика / Историческая литература