Из бывших узников Тауэра особенно активны три призрака. Первый принадлежит иезуиту Генри Уолполу (1558–1595) из старинного норфолкского рода. В 1593 г. его посадили в Соляную башню (XIII в.), но казнили не в Лондоне, а в Йорке 7 апреля 1595 г. Посетители башни слышат произносимые шепотом молитвы, видят желтое свечение и ощущают прикосновение холодных пальцев. Но эти явления можно отнести и на счет Джона Балиола (1250–1313), шотландского короля, проживавшего в башне с 1296 по 1299 г. Нельзя забывать, что Уолпол канонизирован в 1970 г., и вряд ли дух святого будет таким манером беспокоить людей.
Тринадцатилетнему (1603–1616) пребыванию в Тауэре сэра Уолтера Рэйли (1552–1618) посвящена отдельная музейная экспозиция. На нижнем этаже Кровавой башни размещен кабинет Рэйли с его книгами и другими вещами начала XVII в., а на верхнем — спальня. Конечно, Рэйли не мог не оценить столь пристальное внимание к своей особе: в знак благодарности его призрак изредка наведывается в помещение охраны. Он приходил бы чаще, но Рэйли был казнен не в Тауэре, а в Вестминстере 29 октября 1618 г., и ему трудно конкурировать с прочими знаменитостями. Сама же Кровавая баипы, построенная в 1220 г., прежде называлась Садовой, но Иаков I (1566–1625), посетивший ее в 1604 г., удостоился откровения о том, что именно в ней убили принцев Тауэра. Видать, уже после убийства заметающие следы преступники оттащили тела жертв к Белой башне.
С третьим узником Тауэра сочинители явно промахнулись. За него приняли Томаса Перси (1560–1605), одного из устроителей Порохового заговора (1605).
В Викторианскую эпоху призрак злого паписта пытался столкнуть с лестницы посетителей башни Мартина (XIII в.). На самом деле Томас Перси был застрелен вместе с другими заговорщиками 8 ноября 1605 г. в усадьбе Холбеч (Стаффордшир), а в башне Мартина до 1621 г. отсидел его кузен Генри Перси (1564–1632), граф Нортумберленд, в заговоре не участвовавший. Граф был известным интеллектуалом своей эпохи, собравшим огромную библиотеку и занимавшимся алхимическими экспериментами.
Наконец, мы можем покинуть мрачный Тауэр и познакомиться с более миролюбивыми духами резиденций британской Короны. Мало кто из нынешних англичан разделяет заблуждение Эдуарда III (1312–1377), полагавшего, что замок Виндзор (Беркшир) основал король Артур. Поэтому спящие рыцари в маленьком городке на Темзе никому не встречались, хотя возведенная Эдуардом цилиндрическая башня по-прежнему высится над соседними строениями, напоминая о свершавшихся в ней заседаниях Круглого Стола. В Средние века Виндзор служил местом заточения особ королевских кровей, в том числе шотландского монарха Иакова I и французского — Иоанна II. Но истинные патриоты, к которым относятся и ныне здравствующие члены королевской семьи, уделяют внимание лишь духам правителей Англии.
Поскольку дворец Нонсач (Суррей), главное детище Генриха VIII (1491–1547), разобрали еще в XVII в., лишившееся крова привидение взбалмошного монарха переселилось в Виндзор. Здесь он оставил по себе недобрую память (равно как и в других местах), объявив суеверием поклонение мощам святого Георгия в замковой часовне. Дух Генриха мучительно стонет, блуждая по коридорам замка, и в испуге шарахается от вездесущего привидения Анны Болейн (вариант с головой на плечах).
Показывается в Виндзоре и грустная фигура Карла I (1600–1649), без каких-либо почестей погребенного в часовне после своей казни 30 января 1649 г. Полоумный король Георг III (1738–1820) отнесен к разряду озорных духов. Он внезапно возникает перед хозяевами Виндзора, смущая их своим неряшливым видом. Королева Виктория (1819–1901), как и полагается добропорядочному духу Викторианской эпохи, навещает библиотеку, где она часто грустила после смерти мужа Альберта (1819–1861). Сам Альберт, к сожалению, не приходит утешить супругу.
Кроме Анны Болейн, никто из жен Генриха VIII не вошел в число призраков Тауэра и Виндзора. Юную Екатерину Говард (1520/1323—1542) совсем затолкали в Тауэре, месте ее казни и погребения, и она перебралась в тихий и уютный дворец Хемптон Корт (лондонский округ Ричмонд), где когда-то умоляла короля о прощении. Здесь она неожиданно распоясалась и стала доставлять неудобства экскурсантам. При входе в Длинную галерею те видят фигуру убегающей девушки, слышат ее жалобные крики, а затем чувствуют нехватку воздуха и падают в обморок. В XIX в. галерею даже закрыли на непродолжительное время.