Не сводя взгляда с пары, я вытащила трубку и сделала, как велели, про себя молясь, чтобы Саша побыстрее приехал. Главное, чтобы этот сумасшедший отпустил Майю, если с ней что-то случится по моей вине, никогда себе не прощу.
— Умница, — Степан оскалился в подобии улыбки, потом другой рукой потянулся к выключателю кухни и два раза мигнул светом. — Ох и создала же ты проблем моему боссу, красотка, — он с притворным сожалением покачал головой, но глаза остались холодными и настороженными.
— Отпустите ее, — попросила я севшим голосом, сжав ледяные пальцы в кулаки, отвратительное ощущение беспомощности выжимало злые слезы, но я держалась, не желая показывать свою слабость.
— Э, нет, дорогуша, — Степан хрипло рассмеялся и покачал головой. — Отпущу я ее, только когда…
Он не договорил: в дверь раздался негромкий стук. Сашка… Нет, не он, поняла я через мгновение, каким-то непостижимым образом почувствовав, что в подъезде стоял совсем другой человек. Или не человек.
— Открывай, — скомандовал Степан, и мне ничего не оставалось, как подчиниться — нож у горла Майи служил весомым аргументом моего послушания.
Я покорно распахнула дверь, уже зная, кто с той стороны, и не ошиблась, увидев улыбающуюся физиономию Кожина. В темных глазах горели триумф и предвкушение, и в груди невольно екнуло, я чуть не отступила назад, сглотнув вязкий ком в горле. А потом вспомнила, что Саша где-то близко, и паника нехотя схлынула, затаившись в глубине души. Он успеет, точно, не может не успеть. Кожин никуда меня не заберет отсюда.
— Ну, пошли, Аделина, — негромко произнес он, держа руки в карманах дорогого пальто.
Выглядел он так же холено и богато, как при нашей встрече в ресторане, только меня внешний вид уже не мог обмануть. Кожин и в человеческом обличье неуловимо напоминал жабу, упитанную, лысеющую и противную. Я сжала губы и мотнула головой назад.
— Пусть сначала Майю отпустит, — упрямо повторила, не желая рисковать подругой.
Меня-то Сашка в любом случае вытащит, в этом я не сомневалась. Он не даст Кожину ничего со мной сделать, даже пальцем тронуть. Ухмылка на лице демона стала шире, в глазах загорелся огонек.
— Отпустит, когда мы с тобой окажемся в безопасном месте, — невозмутимо сказал Кожин. — А пока Степан посидит с твоей подружкой, ты ведь будешь вести себя правильно, да, Линочка? — голос демона стал вкрадчивым, противным, и меня едва не передернуло.
Я стиснула зубы и едва заметно кивнула. Как же, правильно, ага. Кожин хмыкнул, протянул руку, но я проигнорировала, демонстративно обойдя его и не посмев обернуться на Майю. Точно расплакалась бы тогда, а это совершенно лишнее. Нервы натянулись до предела, тихонечко звеня, я спускалась по лестнице с прямой спиной. Позвоночник превратился в литой стержень, звуки обострились, а дышать я старалась размеренно и глубоко, не позволяя эмоциям взять верх. Телефон остался в квартире… Надеюсь, Сашка все-таки не станет присылать сообщение или тем более звонить, иначе Майе не поздоровится. Господи, если этот урод Степан хотя бы поцарапает ее… Лично попрошу Сашку подержать, чтобы пнуть пару раз хорошенько.
Чуть повернув голову и спускаясь по лестнице, я ровно произнесла:
— Саша тебя убьет, на этот раз без всяких поединков.
Послышалось пренебрежительное фырканье.
— Девочка, я знаю, что твоего демона нет в Питере, и до конца выходных он вряд ли появится, — ответил уверенно Кожин, и я порадовалась, что он не видит моего лица.
Наверняка Сашка специально сделал так, чтобы вернуться раньше, подозревая, что недавний противник будет ждать удобного момента. Только вот, почему Степану позволили зайти в квартиру, и как не заметили самого Кожина? Не верю, что люди Руслана такие рассеянные.
— А когда твой Ивлев вернется, тебе уже будет все равно, — гаденько захихикал этот демоно-жаб, и меня аж передернуло от отвращения. — Я сделаю все, что давно хочется, с такой сладкой девочкой, как ты. Жаль, конечно, что ты уже не девственница, мне бы твоя невинность пригодилась больше, чем этому щенку, — я услышала раздраженное фырканье. — Ему еще лет сорок можно вообще о них не думать, между прочим, — возмутился Кожин, но почему-то мне его было ничуть не жалко.
И вот чтоб ему ни одной девицы не попалось в ближайшие десять лет. А вообще, не покидала уверенность, что так долго моему почти похитителю вряд ли удастся прожить. И на сей раз Сашку никто не обвинит в убийстве, по странному кодексу демонов он имел полное право защищать свою собственность, то есть, меня. Ну, со стороны остальных я — собственность, конечно, а для Ивлева любимая женщина. Меня такие расклады устраивали: пусть лучше думают, что я значу для Сашки меньше, чем на самом деле, так всем будет спокойнее. Нервное волнение почти улеглось, я уже не сомневалась, что Кожину вряд ли удастся выйти со двора — откуда-то я просто знала, что мой демон близко.