Мы пошли к пляжному фотографу, предприимчивому парню,обогнавшему конкурентов на целый корпус.Он выписал из Вьетнама обезьянуи таскал ее за собой по коктебельским пляжам.Как-то раз я встретил их в парке —бросилась ко мне обезьяна, обняла за левую ногу.Почему именно за левую ногу?Я был смущен, даже обижен.Что-то знала, что-то понимала обезьяна…Но потом обида моя затерялась среди тенейволошинского залива,и я решил сфотографироваться с обезьяной.Вот стою я перед объективом,обезьяна уселась на плечо моей дамы.«Сидеть, Майя, сидеть, моя золотая», —сказал фотограф.И вдруг обезьянка крохотной ладоньюс отшлифованными коготкамипостучала мне по лбу, провела по вискам и морщинам.Затараторили, засмеялись дети,отдернула ладошку обезьяна,словно предсказатель, пойманный с поличным.«Работать, Майя, работать!» — строго выговорил фотограф.Щелкнул затвор, кончилась процедура.Почему она притронулась к лобной кости?Сначала обнимала мою левую ногу,а потом погладила виски и морщины?Символический жест? Простая случайность?Некое предостережение от старшей ветви?А может, все это видение, наваждение,одним словом — майя.Обезьяна Майя — тезка таинственной богини из самого темного пантеона.
ДРЕВЕСНАЯ ЛЯГУШКА
В полночь я вернулся к своему домику в приморском паркеи увидел, что на пороге меня ждет древесная лягушка.А может, и не древесная (я в этом плохо разбираюсь) —просто спинка ее была в мелком симметричном узоре,прежде я такого никогда не видел.Я открыл дверь, и чемпионским прыжкомона перескочила ко мне на коврик.Я зажег настольную лампу, навел на лягушку круг света.Не уходила лягушка.Быть может, она что-то хотела мне доверить,принесла важную новость, предсказание, сводку погоды?Быть может, я должен был догадаться по симметрии ее узорао том и об этом?Тщетно.Глядел я, недогадливый, усталый, надменныйна земноводную вестницу из болота и парка.Теперь-то я догадываюсь, что мог показаться ей бродячим деревомкакой-то особой породы,о которой лягушки знают больше,чем сами про себя эти деревья.