Стародавней Ярославне тихий ропот струн:Лик твой скорбный, лик твой бледный, как и прежде, юн.Раным-рано ты проходишь по градской стене,Ты заклятье шепчешь солнцу, ветру и волне.Полететь зегзицей хочешь в даль, к реке Каял,Где без сил, в траве кровавой, милый задремал.Ах, о муже-господине вся твоя тоска!И, крутясь, уносит слезы в степи Днепр-река.Стародавней Ярославне тихий ропот струн.Лик твой древний, лик твой светлый, как и прежде, юн.Иль певец безвестный, мудрый, тот, кто «Слово» спел,Все мечты веков грядущих тайно подсмотрел?Или русских женщин лики все в тебе слиты?Ты — Наташа, ты — и Лиза, и Татьяна — ты!На стене ты плачешь утром… Как светла тоска!И, крутясь, уносит слезы песнь певца — в века!
1912
«БАХУС» РУБЕНСА
Бахус жирный, Бахус пьяныйСел на бочку отдохнуть;За его плечом — багряныйЖенский пеплум, чья-то грудь.Бочка словно тихо едет,Словно катится давно;Но рукой привычной цедитВ чашу женщина вино.Весел бог черноволосый,Ждет вечерней темноты;Кое-как льняные косыУ подруги завиты.Скрыто небо черной тучей,Мгла нисходит на поля…После чаши — ласки жгучи,И желанный одр — земля!Но, забыв про грезы эти,Опрокинув к горлу жбан,Жадно влагу тянет третий…Ах, старик, ты скоро — пьян.Только девочке-малюткеСтранно: что же медлит мать?Только мальчик, ради шутки,Рубашонку рад поднять.Из пяти — блаженны двое;двум — блаженство знать потом:Пятый ведал все земное,Но блажен и он — вином.