По ее словам, мужчины, которых они увидели в форте, составляли лишь половину всех приехавших в Бунсборо. Некоторые из них уже сбежали обратно, другие же получили свои участки земли, построили собственные хижины и даже посеяли маис. Они приезжали в форт только для того, чтобы пообщаться или поторговать в лавке компании, выбор товаров в которой был невелик, принимая во внимание трудности, связанные с их доставкой.
— Были ли у вас когда-нибудь неприятности с дикарями? — спросила ее Элизабет Кэллоувэй.
— Нет, пока не было… Сразу по приезде мы видели пару индейцев из племени чероки, но они оказались весьма дружелюбными.
Проходя мимо хижин, Ребекка отворяла двери, выходившие на внутренний двор форта. Каждая хижина представляла собой сооружение из бревен с камином, выложенным из речных камней, и тесным небольшим чердаком. Дверь во всех врезалась в передней стене, а вдоль задней проделывались две бойницы, чтобы просунуть ружье.
— Мы с Джеминой пытались привести их в порядок, — объяснила Ребекка, — но не везде успели прибраться, так что не обессудьте: вы ведь прекрасно знаете, как ведут себя мужчины, если их предоставить самим себе! Они даже не позаботились о нужнике… Но теперь уборная есть: вон там, в конце двора.
В самом центре двора Китти заметила несколько подвешенных на распорках больших железных котлов. Там же находилась и кузница; угли в горне еще не остыли. Сам кузнец, несомненно, сейчас в толпе зевак: его кожаный фартук был небрежно брошен на пень.
— Я вас предупредила! — рассмеялась Ребекка Бун, открывая двери хижины, предназначенной для семьи Портеров.
Глазам женщин предстали шероховатый грязный пол и черный от сажи очаг, возле которого валялись тщательно обглоданные кости и черствые куски маисовых лепешек.
— Мы со всем этим быстро управимся! — заверила ее Элви.
— Я с Джеминой вам помогу, — вызвалась Ребекка.
— Мы все поможем! — поддержала ее Амелия.
Они попрощались с Элви, которая тут же засучила рукава, и направились к соседней хижине. Амелия задержалась на минутку, чтобы переброситься парой слов с Присциллой. Когда она догнала женщин, Келли Шерилл уже разглядывала свою крошечную комнату.
— Как вы себя чувствуете, Ребекка? — спросила Элизабет у своей давней соседки.
— Сама — неплохо, но ребенок родился мертвым…
— О Господи… — Элизабет цокнула языком, — простите меня!
Ребекка понимающе кивнула.
— Вы, наверное, считаете, что раз у меня так много детей, то потерять одного не очень уж и страшно… Ничего подобного!
— Да знаю я… — вздохнула Элизабет. — Вон та девушка… Келли… Мы только неделю назад похоронили ее первенца. Шестимесячного. — Она покачала головой. — Он был таким милым крошкой…
Ребекка, обернувшись, бросила взгляд на дорожку, где стояла Келли Шерилл: она уже сняла шляпку от солнца, и ветер раздувал ее кудрявые каштановые волосы, открывая бледное сосредоточенное лицо.
— Несчастное дитя… Я поговорю с ней позже. — Она привлекла к себе Китти. — Ну а кто эта хорошенькая юная особа?
— Китти Джентри, госпожа Бун, — с достоинством ответила Китти.
— Значит, вы — родственница Романа? Никогда бы не подумала… — И Ребекка поддразнила девушку: — Мне казалось, что у всех членов вашего семейства огненно-рыжие волосы и все они длинные как мачтовые сосны.
Китти рассмеялась.
— Ты очень похожа на свою мать — такая же миленькая. Но глаза у тебя совершенно другие.
— Да, мэм. Мама говорит, что они мне достались от прабабушки, — покраснела Китти.
Ребекка Бун улыбнулась.
— И невооруженным глазом видно, что здесь у тебя отбоя не будет от кавалеров! Будь поосторожней, не торопись с выбором!
— Хорошо, госпожа Бун, — кротко ответила Китти. Она накрыла ладонью ее руку.
— Называй меня просто Ребекка, — сказала она. — Мне это будет очень приятно.
Пока женщины с девушками, энергично взявшись за дело, приводили хижины в обитаемый вид, молодые парни принялись разгружать лошадей. Они разносили домашнюю утварь по хижинам, явно отдавая предпочтение жильцам семейства Джентри и Кэллоувэев, где поселились весьма симпатичные и столь долгожданные молодые девушки. Между тем Дэниэл со Сквайром Буном в сопровождении нескольких мужчин уединились в одном из блокгаузов — этом просторном двухэтажном укрепленном доме, способном выдержать любое внезапное нападение индейцев.
Сквайр Бун, который был на несколько лет старше своего гораздо более знаменитого брата и немного на него похож, держал в руках кувшин с текилой — маисовой водкой, — несколько бутылок которой привезла сюда партия Дэниэла три недели назад. Они разлили ее по жестяным кружкам, пошедшим по рукам вокруг длинного грубо сколоченного стола. Джозеф со своим зятем Беном, Генри Портером и Робертом Шериллом сидели по одну его сторону, а полковник Кэллоувэй, Роман и братья Буны — напротив них.
— За вашу удачу здесь, в Кентукки! — поднял свою кружку Дэниэл.
— Верно! — подхватил Ричард Кэллоувэй.
— Очень даже неплохо… — процедил Джозеф, морщась и проводя тыльной стороной ладони по губам. Все одобрительно закивали.