Я не испытывала ни капли жалости к этому существу и была готова продолжать до тех пор, пока оно не расколется.
Демон, наконец, тоже это понял.
Два дня назад? Значит, они давно планировали нападение и понятия не имели, что наша команда будет здесь. Джеффри не обрадуется, узнав, что за его командой проследили до самого убежища.
Я надавила сильнее, и демон беспомощно забился.
«
Я снова направила в него заряд силы, и мембрана начала затвердевать.
Крик демона заполнил мою голову. Затем в сознании возник образ величественного каменного дома с башнями, наводившего на мысли о замке. Радостное волнение прокатилось во мне. Но изображение исчезло, не успев стать более четким.
Демон начал кричать и трястись, и я подумала, что он вот-вот взорвется. Тогда я осознала, что больше ничего не выведаю, и отступила.
Из ниоткуда в мое сознание вплыл другой образ, выцветший и зернистый, как старая фотография. На секунду я решила, что демон пытается показать мне еще что-то. Я посмотрела на картинку и увидела темноволосую пару, сидящую на пляже с маленькой девочкой, которой не было и десяти, между ними. Все трое смеялись, и девочка указывала на человека, чье воспоминание я видела. Девочка показалась мне смутно знакомой…
Я знала, что человек остается внутри после того, как демон-вамхир завладевает телом. Опыт с Нейтом доказал это. Но, помимо Нейта, я никогда не задумывалась о человеческих душах, запертых в ловушке вампира. Нейт помнил бо´льшую часть своего короткого пребывания в качестве вампира, за исключением тех вещей, которые ему внушили забыть. До сих пор он содрогался от мучительных воспоминаний. Должно быть, это особый круг ада – быть запертым внутри своего собственного тела, понимая, что смерть является единственным путем к освобождению.
Я снова посмотрела на воспоминание и смогла в этот раз ощутить боль и тоску, сопровождающие его. Демон забрал девочку из семьи давным-давно, а она до сих пор горевала по ним и украденной у нее жизни.
Мое сердце сжалось, и я почувствовала, как на щеках выступили слезы.
«Да что со мной не так? Я всерьез оплакиваю вампира?»
Нет, не вампира. Моя душа болела за девочку-подростка, на долю которой выпало столько страданий. Мне хотелось помочь ей, но самое милосердное, что я могла сделать, – это положить конец ее ужасному существованию.
Еще один образ подплыл ко мне. Я не хотела смотреть. Не хотела чувствовать боль этого ребенка. Но тут знакомый голос заполнил мой разум, и я съежилась уже от своих собственных воспоминаний о нем.
Я почувствовала, как между мной и безымянной девочкой, которую похитили за много лет до моего рождения, возникла едва уловимая связь. Мы с вампиром были заклятыми врагами, но нас с девушкой объединяло нечто общее, выходящее за пределы этого. Наши жизни навсегда изменил один и тот же монстр. Но я была свободна, а она все еще продолжала страдать.
Внезапно я поняла, что должна сделать. Сработает это или нет, не имеет значения. У меня была сила, способная освободить эту измученную душу, и я не могла отказать ей в этом. Я не знала, верю ли в судьбу, но мне казалось, что какая-то высшая сила привела эту вампиршу ко мне.
Демон неистово задрожал, а сердце быстро заколотилось, пока я призывала всю свою силу.
А затем нанесла удар.
Глава 22
– Черт возьми, Сара.
Не поступай так больше со мной.Дезориентированная, я открыла глаза и посмотрела на встревоженного Николаса.
– Почему я на полу?
Он прижал меня к своей груди.