Раздражение и злость, потом временное успокоение и снова раздражение, перетекающее в бессильную злобу. Только холодный разум помогал совладать с чувствами и не дать злости превратиться в ярость. Стася не привыкла быть среди проигравших, и сейчас, наконец, обретя то, в чём ей было на все сто комфортно, она просто не имела права это потерять! Ей было комфортно жить в их с Владом доме, комфортно красиво одеваться и ничего не делать при этом. Комфортно было не заботиться о дне грядущем, ибо на кредитной карточке лежала внушительная сумма, предоставленная ей в полное распоряжение. И пусть этот дом был арендованным, Станислава была полностью уверена в том, что вот-вот станет полноправной хозяйкой в доме Влада. Который позже станет принадлежать и ей.
Была уверена до недавнего времени, когда Влад вдруг так сильно изменился, а впоследствии вообще ушёл и теперь лишь изредка приезжал к ней. Но и эти встречи были полны холода и отчуждения. Пока Стася не торопилась, просто приняв правила игры, которые искренне считала временными. Вот-вот пройдёт эта полоса неудач, и всё вернётся на круги своя, потому что иначе и быть не может. А ещё потому, что к комфорту, в котором привыкла жить Станислава, присоединились чувства.
Теперь она всеми фибрами своей души ненавидела жену Влада, к которой он вернулся. Она поняла это, потому что иного объяснения его поведению придумать не могла. Интересно, что он нашёл в этой довольно невзрачной тихоне? Когда они встретились в кафе, Стася поняла, что девчонка собирает в кулак все свои силы, чтобы казаться уверенной. Разве Владу когда-нибудь нравились такие женщины?
Глубоко задумавшись, Стася, не глядя, пихала в сумку вещи, за которыми заехала в свою квартиру. Это были несколько милых сердцу вещиц, к которым она уже привыкла и которые ей не могли заменить новые покупки. Старенький альбом с семейными фотографиями, записная книжка, из которой она, Бог знает, почему, ещё не переписала телефонные номера в более удобное место.
— Стась, ты слышишь меня?
— А? — Она вздрогнула, переводя невидящий взгляд на Женю, который стоял рядом с ней и наблюдал за её сборами. Потом едва заметно поморщилась. Как ей не хотелось сейчас этих выяснений, ведь несмотря на то, что муж не любил разборок, вопросов было не избежать. Он и так порой названивал ей по двадцать раз на дню, и приходилось просто отключать телефон. — Ты что-то хотел? — поинтересовалась она невинным тоном, поднимаясь на ноги и осматривая квартиру быстрым взглядом.
— Да, Стася, чёрт побери! Я сто раз спросил, уходишь ли ты, и если уходишь, то куда?
Это его «чёрт побери», совершенно не вяжущееся с внешним обликом, вызвало у Стаси слабую умильную улыбку.
— Женечка, не задавай мне тех вопросов, на которые я не смогу дать тебе подробного ответа. Хотя… — Она сделала вид, что задумалась. — На один смогу.
Стася прошла в прихожую и быстро надела короткую шубу и сапоги. Женя неотступно следовал за ней. На мгновение, когда она бросила на него взгляд, сердце кольнула жалость. Он был такой потерянный, в своём мешковатом свитере, тренировочных брюках и растоптанных шлёпанцах. На переносице — неизменные очки, волосы растрёпаны. Но Стася быстро прогнала от себя неуместное чувство, — нельзя допускать его в сердце, потому что оно несёт в себе угрозу продуманному мирку.
— Да, Жень, я ухожу, — наконец, вымолвила она, поворачиваясь к нему спиной и щёлкая задвижкой замка на входной двери.
— К нему? — глухо спросил Женя, не предпринимая попыток удержать супругу.
Станислава замерла на пороге, но всего на мгновение. Женя явно ничего не знает, просто понимает, что Стася ушла не в самостоятельную жизнь. Она ушла к мужчине.
Не оборачиваясь к мужу, Станислава вышла из квартиры, захлопывая за собой дверь.
— Даже не знаю, что сказать, — вынесла свой приговор Злата, отворачиваясь от Влада, чтобы скрыть раскрасневшиеся щёки. Ей было безумно приятно, что муж затеял для неё всё это, но показывать она свои чувства пока не собиралась. Во всяком случае, прыгать ему на шею и плакать от восторга она не станет точно.
— И не нужно ничего говорить, — тихо произнёс Влад, плотнее захлопывая створки окна и мельком взглянув на то, как лестницу потихоньку убирают. Собравшаяся толпа зевак уже расходилась с «места происшествия», очевидно, поняв, что на этом представление окончено.
— Я… — Злата замялась, прижимая к себе ледяной букет и вдыхая тонкий цветочный аромат. — Спасибо за цветы, их нужно в воду поставить.
— Боюсь, что теперь их нужно держаться в морозильной камере, чтобы они не пострадали от перепада температур, — неловко пошутил Влад, вызывая у Златы мимолётную улыбку.
— Проходи в прихожую, раздевайся, я на кухне буду, — не зная, о чём говорить с Владом, произнесла Злата, направляясь в сторону небольшой кухоньки.
Когда Влад разделся и прошёл следом за ней, Злата уже поставила чайник на плиту, а цветы в воду, установив их на невысоком холодильнике.