По мере усложнения структуры экономики совершенствуется и арсенал государственного антикризисного и структурного регулирования. Кризис 2008–2009 гг. в полной мере подтверждает этот тезис. Разумеется, реакция государства (сначала администрации Дж. Буша, затем администрации Б. Обамы), монетарных властей включала все традиционные меры антикризисного регулирования. Так, учетная ставка ФРС неоднократно снижалась и достигла в итоге практически нулевого уровня (официально она была зафиксирована на уровне 0–0,25 %). Однако специфический характер кризиса, охватившего в первую очередь финансовую систему, потребовал неотложных мер именно в этой области.
Государству было необходимо оказать срочную помощь гражданам, оказавшимся не в состоянии выплачивать свой ипотечный кредит, а также в первую очередь предоставить кредитные ресурсы банковскому сектору, поскольку в результате прекращения платежей банки испытали острую нехватку ликвидности и не могли кредитовать реальный сектор экономики. Начиная с 2008 г. государство принимает ряд законов и программ, предусматривающих финансовую помощь заемщикам и массированные государственные инвестиции в финансовые институты. Так, сначала по Закону о стимулировании экономики государство выделило 113 млрд долл, для возмещения налогоплательщикам части ранее выплаченных ими налогов. По так называемому плану Полсона (бывший министр финансов США) в соответствии с Чрезвычайным законом об экономической стабилизации на цели стабилизации финансовых рынков (выкуп «проблемных активов», части акционерного капитала у банков и страховых компаний) было выделено 700 млрд долл.
Пришедшая в январе 2009 г. к власти администрация Б. Обамы продолжила массированную финансовую государственную поддержку экономики страны. По принятому в феврале 2009 г. Закону о восстановлении и реинвестициям Америки были предусмотрены ассигнования на налоговые льготы, социальные программы и различные инвестиционные проекты в размере 787 млрд долл.[46]
Налоговая составляющая стимуляционного пакета Обамы составляет 275 млрд долл, и предусматривает налоговые льготы для граждан (175 млрд долл.) и для предпринимателей (100 млрд долл.). Вторая часть пакета – инфраструктурные, инвестиционные, научно-образовательные и социальные программы – предполагает значительные ассигнования (500 млрд долл.) в течение длительного периода (некоторые программы рассчитаны на срок до 10 лет). Здесь уместно подчеркнуть, что многие из этих проектов ориентированы на инновационное развитие экономики и касаются развития науки, энергетики (зеленые технологии»), медицины, высшего образования.
Только стимуляционные программы Обамы в 2009 и 2010 гг. составили 2 и 2,25 % ВВП соответственно. А ведь весь пакет, и особенно его инвестиционная часть, рассчитан на многие годы вперед. Для сравнения отметим, что, например, антикризисные программы Ф. Рузвельта в 1936 г. составляли 1,5 % ВВП[47]
.Как отмечает аналитик из Брукингского института Уильям Тал стон, новую экономическую программу Б. Обамы по масштабу влияния можно поставить в один ряд с такими поворотными стратегиями в истории США, как «Новый курс» Ф. Рузвельта, «Великое общество» Л. Джонсона и политика Р. Рейгана[48]
. (Ясно, что программы последнего имели противоположный вектор, но степени воздействия всех упомянутых программ вполне сопоставимы с тем, на что намекает Б. Обама.) Следует отметить, что Соединенные Штаты не были рекордсменами по масштабам государственной помощи бизнесу. Как уже отмечалось, в 2009 г. она составила 2 % ВВП. Ведущие европейские страны в среднем вели себя экономнее – Великобритания и Германия потратили по 1,6 % ВВП, а вот Китай израсходовал на поддержку бизнеса 3,1 % ВВП, Япония – 2,9 %, Южная Корея – 3,7 %, Россия – 4,1 % ВВП[49].Все три перечисленных закона предусматривают государственную антикризисную финансовую поддержку в сумме 1,6 трлн долл., или 11,5 % ВВП. Все это привело к беспрецедентному для мирного времени росту дефицита федерального бюджета. В 2009 г. он достиг рекордного уровня в 1,75 трлн долл., что составляет 12,3 % ВВП. Ожидается, что в 2010 г. дефицит бюджета составит 1,6 трлн долл., или 10,6 % ВВП.
В целях усиления государственного контроля над финансовой сферой правительство Обамы предложило ограничить бонусы топ-менеджеров банков и других финансовых корпораций. Руководство этих компаний обвинялось в непомерных и необоснованных выплатах, никак не связанных с результатами их деятельности. Причем происходило это в компаниях, находящихся на грани банкротства. Пока, однако, усилия администрации взять под контроль доходы Уолл-стрит к успеху не привели. Зарплаты и бонусы банков и инвестиционных компаний США в 2009 г., даже в период кризиса, составили 145,8 млрд долл., что на 18 % больше, чем в 2008 г.