– Не елозь ты и так тесно в штанах.
Аглая вскинула взгляд и замерла.
– Сам виноват, – огрызнулась, но осталась сидеть.
– Согласен.
Вернул руки за голову, дабы не спугнуть свою наездницу и, улыбаясь, созерцал потрясающий вид девушки на себе. Бедра раскинуты, обхватив мою талию, пуговичка на блузе выскользнула из петельки и раскрыла полы, открывая вид на белый лифчик. Волосы, собранные в хвост, растрепались ветром, завились золотой стружкой у висков. В карельских озерах – ее глазах плещутся волны. Остановись мгновение – ты сказочное!
– Расстегни остальные пуговки.
– Ум, – и поводила головой в стороны, отказывая.
– Ну, расстегни. Сама.
Чуть подумав, потянулась, одну, вторую, следующую выталкивала из прорези, пока не дошла до конца. Развела полы бузы в стороны, горделиво по-женски выпятив грудь на обозрение мне. Соски съёжились и проступили через тонкий хлопок бюстгальтера. Маленькая девичья грудь полторашного размера.
– Красавица, – произнес я, еле сдерживая растущую эрекцию. – Прикоснись ко мне. Сама. Прошу тебя.
Облизнув пересохшие пухлые губы, потянулась ладонями по груди. Осмелев, приподняла край трикотажной кофты, дотронулась до кожи пресса.
– Какие красивые кубики, Расул.
Погладила выступающие мышцы, вызвав легкую щекотку. Я задышал чаще. Провела пальчиками выше, дотронулась сосков, словно крыльями бабочки. Я не сдержался, схватил ее руки и засмеялся.
– Ах ты шкодница, перестань щекотать меня. Аглая не удержалась на весу и повалилась мне на грудь. Я ощутил ее крохотные соски через ткань, запах кожи, дыхание и выдержка оставила меня.
– Поцелуй меня, – умолял, держа в руках лицо склоненной надо мной девушки.
Она оперлась ладонями о траву, подчинилась. И мы закружились в вальсе слияния губ. Ее смелость эхом отдавалась внутри меня, подбадривая на откровенные действия. Я завел руки за спину, дернул за крючки, поглаживая кожу. Осмелев, легонько прикоснулся к маленьким голым грудкам, давая привыкнуть к ласке. Они в аккурат легли в купол моих ладоней. Аглая застонала и вдруг отпрянула, вытянув свои руки по сторонам от меня. Я рук не отнял. Так и замерли.
Расул опытный и коварный соблазнитель. Маленькими, но настойчивыми шагами приближался к заветной цели. Цели меня соблазнить. А я в свою очередь уже и не так противилась ему, как в начале знакомства. Природный инстинкт, как его не заглушай, рвался из-под захлопнутых дверей, круша металлические оковы. Хотелось поддаться ему и отдаться этому взрослому терпеливому мужчине. Вознаградить за заботу и внимание. Но сначала надо рассказать тайну, что стоит между нами уже четыре месяца и не дает развиваться полноценно отношениям. Двум смертям не бывать, как гласит пословица.
Глава 15. ТАЙНУ – НА ВОЛЮ
– Расул, я должна тебе кое-что рассказать.
Он отдернул ладони и приспустил ткань лифчика, прикрывая наготу грудей.
– Наконец-то. Я весь во внимании.
Мужчина снова заложил за голову руки, весь обратившись вслух.
Я продолжала сидеть на нём, при этом не испытывая никакого дискомфорта, лишь собираясь с речью.
– Я уже сказала тебе, что не девственница.
– Угу.
– Тебя этот факт никак не волнует?
– Ну как же, волнует, как нормального мужчину-собственника, но не патологически. Я же тоже не вел монашеский образ жизни. И довольно современен во взглядах. Девушки так же хотят секса и чаще мужчин склонны к влюбленности. Продолжай.
Он не исходил ревностью, уже это радовало. – Мой первый опыт, он же единственный, скажем так не совсем приятным оказался.
Тут я замолчала, поддавшись воспоминаниям, которые надо сказать с появлением Расула в жизни становились более размытыми и не столь важными. Расул молчал, ожидая продолжения.
– Говоря откровенно, мой первый парень меня попросту принудил к сексу.
Расул напрягся и приподнял голову, опираясь на локти.
– Ты можешь мне и не поверить, – я посмотрела в его янтарные глаза, пытаясь прочесть мысли.
– Давно это произошло? Он был очень груб? Кто он?
Я кратко поведала о своем разовом парне, опустив подробности. О том, почему не заявила на него.
-В моем случае я больше бы потеряла, чем выиграла.
Призналась и теперь ждала его выводов, как осужденный своего вердикта. От меня не укрылась его злость в сжатых кулаках, сцепленной челюсти и потемневших глазах. Я боялась, что он не поверит мне и прогонит за грубую сказку, и тогда я точно разобьюсь на тысячу частей маленьких Аглай и уже не восстановлюсь никогда.
– Скажи кто он, я найду его!
– Нет! Он уехал из города это раз. И не стоит твоих сбитых костяшек. Два.
Расул с таким участием смотрел в мои глаза, пытаясь впитать всю ту боль, что я испытала однажды и продолжала переживать спустя время.
– Иди ко мне, – и, полностью сев, притянул к груди.
Я положила голову ему на плечо, доверившись без остатка. Он гладил мою спину, шептал слова утешения и восхищения моей выдержкой. Извинялся за то, что так настойчиво меня преследовал, даже не догадываясь о моей трагедии.