Читаем Как начинался язык. История величайшего изобретения полностью

Размер тела у мужчин и женщин стал примерно одинаковым — сократился половой диморфизм. Несмотря на то, что человеческие мужские особи в среднем примерно на 15 % крупнее женских, у других приматов эта разница значительно больше. Уменьшение полового диморфизма имело социальные последствия. Когда мужские и женские особи становятся примерно одного размера, у приматов это обычно приводит к формированию устойчивых пар или моногамии. Приматы мужского пола больше времени уделяют тому, чтобы помогать партнершам кормить и воспитывать детенышей. Это имеет особое значение для людей, поскольку наши детеныши растут долго.

В некоторых индустриальных культурах Запада «детство», то есть время, необходимое для взросления и достижения самостоятельности, составляет около трети ожидаемой продолжительности жизни. Если самцы и самки формируют пары на всю жизнь или, по крайней мере, на все время, необходимое для выращивания потомства, самцу уже не нужно сражаться за возможность спариться с самкой. Следовательно, становятся ненужными большой размер тела, длинные клыки и другие черты, необходимые в бою с себе подобными. За возможность передать свои гены следующему поколению уже не нужно сражаться.

Помимо бипедализма и уменьшения полового диморфизма важной чертой является более сильная опора на зрение. Люди видят дальше не только приматов, но и большинства других видов, что дает возможность быстрее достичь видимой цели. Кроме того, с появлением Homo erectus, люди получили способность к «охоте на выносливость» — к преследованию добычи, пока животное не устанет и охотник не сможет добить его каменным топором или дубинкой. Животное может также умереть от истощения или перегрева. Охота на выносливость и сейчас практикуется некоторыми сообществами, например народами же (куда входят каяпо, кизиже, шеренте, шокленг и др.), проживающими в Бразилии, на территории саванн реки Шингу[21].

Эволюция хорошо умеет экономить. Когда люди стали больше полагаться на зрение, сократились чувствительность и диапазон обоняния. Если в ходе эволюции одна часть мозга увеличивается, какая-то другая обычно уменьшается. В данном случае обоняние ослабло в результате увеличения области мозга, отвечающей за зрение. Сегодня около 20 % мозга отведено для обработки зрительной информации. (К счастью, если человек рождается слепым, то области мозга, отвечающие за зрение, могут быть использованы для обслуживания других функций — эволюция, как правило, работает эффективно и безотходно.)

Другие изменения физиологии, часто не обладающие очевидными преимуществами с точки зрения интеллектуального развития, все же могли ему способствовать. В ходе эволюции у человека сократилась протяженность пищеварительного тракта. Кишечник и пищеварительные процессы требовали все меньше и меньше калорий, что позволило телу Homo перераспределить энергетические ресурсы в пользу растущего и «прожорливого» мозга. Но эти изменения произошли не только в силу естественного отбора. Культурные новшества сыграли определенную роль[22]. Homo erectus научился контролировать огонь около миллиона лет тому назад. Поскольку предшествующие эректусам гоминины научились готовить пищу, их пищеварительной системе было значительно легче расщеплять поглощаемые жиры и протеины. До этого гомининам, как и другим приматам, требовался значительно более протяженный кишечник, чтобы переваривать большие объемы потребляемой целлюлозы. Благодаря приготовлению пищи гоминины могли есть больше мяса и энергетически насыщенной пищи, значительно сократив при этом зависимость от сырой растительной еды, которую было тяжело переварить. Благодаря использованию человеком огня для приготовления пищи естественный отбор привел к увеличению человеческого мозга, поскольку его пищеварительная система требовала меньше энергии и места, но при этом перерабатывала большее количество калорий за меньшее время (с учетом доступности мяса). Приготовление пищи повлияло и на наши лица. Массивные челюстные мышцы дочеловеческих гоминин оказались не нужны. Сами челюсти при этом стали выступать сильнее. Это привело к уменьшению нагрузки на череп, в частности, ненужным стал сагиттальный гребень, которым обладали массивные австралопитеки и который, предположительно, мешал увеличению черепной коробки.

У гипотезы об изменении анатомии в результате использования огня есть критики. Они предполагают, что Homo erectus был падальщиком и охотником, находящим богатые источники мяса благодаря поеданию падали и собственноручно убитой добычи задолго до того, как приручил огонь. Каковы бы ни были причины уменьшения кишечника, они свидетельствует о движении в сторону современной человеческой анатомии. Если такое изменение обнаруживается в том или ином ископаемом виде, оно является признаком принадлежности к эволюционной линии, близкой к Homo sapiens.

Перейти на страницу:

Все книги серии Как начинался язык (версии)

Как начинался язык. История величайшего изобретения
Как начинался язык. История величайшего изобретения

«Как начинался язык» предлагает читателю оригинальную, развернутую историю языка как человеческого изобретения — от возникновения нашего вида до появления более 7000 современных языков. Автор оспаривает популярную теорию Ноама Хомского о врожденном языковом инстинкте у представителей нашего вида. По мнению Эверетта, исторически речь развивалась постепенно в процессе коммуникации. Книга рассказывает о языке с позиции междисциплинарного подхода, с одной стороны, уделяя большое внимание взаимовлиянию языка и культуры, а с другой — особенностям мозга, позволившим человеку заговорить.Хотя охотники за окаменелостями и лингвисты приблизили нас к пониманию, как появился язык, открытия Эверетта перевернули современный лингвистический мир, прогремев далеко за пределами академических кругов. Проводя полевые исследования в амазонских тропических лесах, он наткнулся на древний язык племени охотников-собирателей. Оспаривая традиционные теории происхождения языка, Эверетт пришел к выводу, что язык не был особенностью нашего вида. Для того чтобы в этом разобраться, необходим широкий междисциплинарный подход, учитывающий как культурный контекст, так и особенности нашей биологии. В этой книге рассказывается, что мы знаем, что надеемся узнать и чего так никогда и не узнаем о том, как люди пришли от простейшей коммуникации к языку.

Дэниел Л. Эверетт , Дэниел Эверетт

Научная литература / Педагогика / Образование и наука

Похожие книги