Прибывший в тот же день отряд по борьбе с террористами немедля ринулся по следам банды Баадер-Мейнхофа, а капитан Генри Фрост сызнова очутился на больничной койке - теперь уже в теплой компании Майкла О'Хары, который валялся по соседству, накачанный всеми существующими противошоковыми и антисептическими средствами. Ирландец, правда, пытался возражать против успокоительных снадобий - подобно самому Фросту, - но врач коротко и недвусмысленно приказал своим подопечным заткнуться и делать что велят.
Морфий снял Фросту боли, однако привел наемника в столь приятное опьянение, что капитан долго высказывал оставленному охранять раненых полицейскому свое мнение о канадской сыскной сноровке. Мнение было пристрастным и непечатным.
Когда раздраженный страж порядка потерял терпение и уселся караулить в коридоре, подальше от придирчивого критика, Фрост удовлетворенно вздохнул и погрузился в глубокий, целительный сон.
Миновало пять дней.
На шестой Фрост осведомился у стоявшего рядом и щупавшего ему пульс врача:
- Доктор, когда я подымусь? Подняться надобно срочно.
- А для чего, капитан? - с подозрением осведомился медик.
- Найти эту сволочь, вызволить Бесс и ребенка, потом перебить всю упомянутую сволочь до последнего человека. Посему повторяю вопрос: когда я выйду?
- Выйдете... отсюда?
Фрост кивнул и с удовлетворением отметил, что движение головой уже почти не причиняет боли. Тем лучше, подумал он, тем лучше. Просто замечательно...
- Сегодня - едва ли. Завтра - пожалуй. Послезавтра - обещаю. Но зарубите себе на носу: вы покинете клинику не для того, чтобы метаться по канадским лесам, размахивать томагавком и снимать скальпы!
- То есть?
- То есть, - осклабился доктор, - юридическая сторона дела находится вне моей компетенции. А как представитель медицины, сообщаю: на тропу войны вы сможете ступить лишь через несколько недель. Уразумели?
- Тогда я выписываюсь не позднее, чем завтра.
Доктор пожал плечами.
- Повторяю: завтра. Точка, период.
- И я тоже, док, - подал голос О'Хара.
Фрост покосился.
За пять вынужденно проведенных вместе дней ирландец и наемник, сами тому изумляясь, умудрились подружиться. И крепко подружиться.
- В таком случае, мистер О'Хара, - улыбнулся врач, - я перевожу вас из хирургического отделения в психиатрическое.
Он подмигнул Фросту и прибавил:
- Точка. Период.
- Почему?
- А потому, дорогой мой, что рана в живот - весьма неприятная штука. Очень часто - смертельная, ибо при неблагоприятных обстоятельствах пострадавший умирает от перитонита.
- Чего?
- Воспаления брюшной полости. Ваша рана, тьфу-тьфу-тьфу, не сглазить, заживает без осложнений. Однако, ежели попытаетесь разгуливать - или, того хуже, подвиги вершить, швы затрещат, начнется кровотечение, а уж заражение почти гарантирую. Выйдете в эту дверь прежде, нежели минует неделя обижайтесь лишь на себя самого... Да только не позволю я вам выйти.
- М-да... Разумею. Но все равно, выписывайте завтра.
- Еще слово - и обоих не выпишу!
- А мы сбежим, - уведомил Фрост. - Умение удирать входит в профессиональную подготовку.
- Дурачье! - только и рявкнул врач. Он развернулся, разгневанно прошагал к двери, захлопнул ее с небывалым дотоле грохотом.
- Кажется, рассердился, - произнес ирландец. - А теперь выкладывай: что надумал делать? По глазам вижу: тебе уже ясно, как силки расставить кой-кому.
- На счастье наше, ты федеральный агент, Майк...
- Да, но здесь мои права почти равняются нулю. Чужая территория... Ба, старина, да капитан Фрост, кажется, вынашивает противозаконный умысел?
- Самолет еще не угнан, верно?
- Никак нет.
- И диверсий не обнаружено?
- Не-а.
Откинувшись на подушку, Фрост закурил "Кэмел", затянулся.
- Придется потерпеть дымок, маэстро. Иначе мне скверно думается... Телевизионная передача об испытательном полете намечается завтра? И репортаж поведут прямо с. военной базы?
- Ага, - сказал явно озадаченный ирландец.
- Прекрасно. Элизабет и Кевин остались у них в лапах на пять дней - вполне достаточно, чтобы Чильтон-старший не то, что соловьем запел, а симфоническим оркестром сделался. Ergo2...
- Что?
- Я же филолог несчастный. Блистаю знанием латыни. Стало быть, - Фрост осекся, ибо, невзирая на отчаянную попытку шутить, комок в горле поднялся изрядный, стало быть, если Бесс и Кевин до сих пор живы, то лишь по единственной причине. Мерзавцы хотят удостовериться, что слова доктора чистая и полная правда. Гарантировать себя от возможного надувательства. "Надуешь, ублюдок, - поглядишь..."
- Понимаю, - кивнул ирландец.
- И, стало быть, к действиям приступят именно завтра, когда самолет выкатят из ангара сброду репортерскому на обозрение. Преподнесут, можно выразиться, на блюдечке. Вчерашние новости уже передали: возле базы - толпища и скопища представителей прессы. Где же удобнее действовать, коль не среди подобного стада? Где затеряться легче?
- Справедливо, - сказал внезапно посерьезневший О'Хара. - Но ведь и Королевская Конная усилит охрану. Да еще как усилит! Не сомневайся.