– Потому, что реальной демократии, как таковой, никогда не существовало. По определению, демократическое правление – это власть народа. Впервые такая форма правления была продекларирована в древней Греции. Ну, сама подумай, какая к чертям может быть народная власть в рабовладельческом обществе?
– Ну, может быть тут ты прав, – с некоторым сомнением согласилась девушка. – А в более поздние времена? Те же Соединенные Штаты Америки с конца девятнадцатого века после гражданской войны, когда рабство там было уже отменено? Их выборная система ведь полностью демократична?
– Не в бровь, а в глаз! – рассмеялся подполковник. – Давай мы не будем рассматривать их выборную систему? Априори признаем ее справедливой. Не для всего населения, конечно, а только для богатых.
– Почему это только для богатых? – немедленно возмутилась Сюзанна. – Для всего народа!
– Ага, это значит, народная власть устроила в двадцатом веке Великую депрессию и знаменитый американский голодомор?
– Экономические кризисы вызываются цикличностью экономики, а голодомор был в Украине, а не в Штатах, – попыталась парировать девушка.
– Угу, цикличностью, – кивнул Павел, – только почему-то именно во время Великой депрессии произошло перераспределение прав на пахотную землю в США. До того она принадлежала фермерам, а после кризиса оказалась под банкирами. Можешь сама проверить по сетке. Надо только правильно формулировать вопросы компьютеру.
Теперь по поводу голодомора. Для начала по-русски не "в Украине", а "на Украине". Это их местечковые князьки после развала Советского Союза принялись править великий и могучий в угоду национальной розни. Далее, голодомор был не только на Украине, но и в России. Точнее – во всем Советском Союзе. За это надо поблагодарить коммунистов с их плановой экономикой, совершенно не учитывающей резкого падения урожайности из-за плохих погодных условий. Планы хлебозаготовок коррекции не подлежали. Иначе все проекты индустриализации шли коту под хвост. Хотя, надо признать, без этой индустриализации выдержать натиск немецко-фашистских войск во время последовавшей всего через десятилетие тотальной войны не удалось бы. Ну и не стоит забывать, что раздувание истерии по поводу украинского голодомора с резким превышением реальных цифр смертности произошло в конце двадцатого века из чисто политических соображений тогдашнего правящего режима незалежной. Потом, уже после нового присоединения Белоруссии и Украины в двадцать третьем веке к внезапно фантастически разбогатевшей России, в незалежной о тяжелых событиях тридцатых годов двадцатого столетия почему-то забыли. А вот теперь можно поговорить об американском голодоморе. В официальных документах никакой информации о нем ты не найдешь. Позорить администрацию "великого демократа Рузвельта" американские власти никак не могли. Подправили статистику и забыли. Тем более что в Штатах тогда не существовало сплошного учёта населения, не было ни паспортной системы, как в том же Советском Союзе, ни системы регистрации населения по месту жительства. Вообще отсутствовала обязательная регистрация фактов рождения и смерти у представителей власти. Но вот суммарные цифры при переписи населения раз в десять лет никак не спрячешь. Анализ динамики рождаемости и смертности с учетом эмиграции и иммиграции показывает потери среди американского народа свыше семи миллионов человек. То есть более чем вдвое по сравнению с Украиной.
Но вот причины голода были совершенно другими. Безработным в городах и согнанным банкирами со своей бывшей земли фермерам было просто не на что купить еду. И это в то время, когда ради поддержания цен на продовольствие, в Америке сжигалось и топилось в океане зерно, закапывалась в землю миллионами голов свинина, апельсины заливались керосином, картошка высыпалась в реки, а по берегам выстраивались солдаты и отстреливали пытающихся достать хотя бы одну картофелину.
– Ну и как тебе поистине народная демократия в Америке? – спросил после небольшой паузы подполковник у подавленной рассказом Сюзанны. В словах Павла девушка не сомневалась. Он мог иногда ради шутки что-то преувеличить или приукрасить. Но сейчас она чувствовала – Затонов говорит правду.
– Паша, а ты не боишься? – очень тихо спросила девушка.
– Чего? – он отвел прядь ее шелковистых волос и ласково погладил по щеке.
– Ну, сам же знаешь – корпораций. Даже у стен есть уши.
– А вот здесь нашла коса на камень. Против спецслужб правительства работает контрразведка Космофлота, – подполковник дотянулся и сдвинул настенную панель. На маленькой полочке мигала индикаторами глушилка. – Начиная с командира звена, офицеры имеют право при частных разговорах использовать любые средства, препятствующие утечке секретных военных сведений. А я же еще вчера был все-таки командиром полка. С этой штуковиной хрен нас кто-нибудь подслушает.