– Всего наилучшего, мадам, – попрощался Джексон, – и запомните: в любое время, когда вам понадобится массаж, пошлите мне телеграмму, и мы обо всем договоримся.
Только Эстер Уолтерс отошла в сторону, когда пришло время прощаться, но мисс Марпл не стала навязываться.
Последним к ней подошел мистер Рэфьел.
– Ave Caesar, nos morituri te salutamus[10]
, – сказал он, взяв ее за руку.– Боюсь, что я не сильна в латыни, – вздохнула мисс Марпл.
– Но это вы поняли?
– Да. – Больше она ничего не добавила, так как хорошо знала, что сказал ей мистер Рэфьел. – Очень рада была с вами познакомиться, – промолвила мисс Марпл и зашагала по площадке к самолету.