— Я подумал, сэкономлю ваше время, — сказал Грег. Он передал им через стол лист бумаги.
Уэстон стал читать; Дэвентри придвинулся вместе со стулом и смотрел ему через плечо.
— Все как будто ясно, — сказал Уэстон. — До без десяти девять вы с женой переодевались к ужину в вашем бунгало. Потом пошли на террасу, где сели выпить вина с сеньорой де Каспеаро. В четверть десятого к вам присоединились полковник и миссис Хиллингтон, и вы вместе пошли ужинать. Спать вы легли, насколько вам помнится, примерно в половине двенадцатого.
— Именно так, — согласился Грег. — Я ведь не знаю точно, когда ее убили.
В последней фразе был легкий намек на вопрос. Лейтенант Уэстон, однако, сделал вид, что этого не уловил.
— Ее нашла, как я понял, миссис Кендал? Представляю, какой это был для нее удар.
— Да. Доктору Робертсону пришлось дать ей успокоительное.
— Это случилось гораздо позднее, ведь так? Все уже разошлись спать?
— Да.
— И долго она там пролежала? То есть до того как ее нашла миссис Кендал?
— Мы еще не установили точное время, — обтекаемо ответил Уэстон.
— Бедная малышка Молли. Какое тяжкое для нее испытание. Кстати, во время ужина вчера вечером ее что-то не было видно. Я еще подумал, может, у нее голова разболелась, или еще какая напасть, и она прилегла.
— А когда вы видели миссис Кендал последний раз?
— Гораздо раньше, еще до того, как пошел переодеваться. Она поправляла на столах приборы и убирала лишние. Перекладывала ножи.
— Ясно.
— Она была такая веселая, — сказал Грег. — Шутила, смеялась. Потрясающая женщина. Мы все от нее без ума. Тим — везунчик.
— Ну что ж, спасибо вам, мистер Дайсон. А Виктория ничего вам больше не сказала, когда возвращала таблетки?
— Нет… Я все вам выложил как на духу. Спросила, те ли это таблетки, что у меня пропали. Сказала, что нашла их в комнате старика Пэлгрейва.
— И ничего о том, кто их мог там оставить?
— Насколько помню — ничего.
— Спасибо, мистер Дайсон.
Грегори вышел.
— Какая предусмотрительность. — Уэстон легонько постучал ногтем по листу бумаги. — Заранее точно описал, где он был и что делал вчера вечером.
— Не слишком ли большая предусмотрительность, как вы думаете? — спросил Дэвентри.
— Трудно сказать. Бывают, знаете, такие люди, которые вечно из-за всего нервничают и беспокоятся, как бы куда не влипнуть. И отсюда вовсе не следует, что им есть что скрывать. Просто такой уж у них характер. С другой стороны, поди угадай…
— Возможность-то все равно была. Тут вообще ни у кого не может быть надежного алиби: оркестр, танцы, все снуют туда-сюда, отходят на какое-то время от стола. Женщины отлучаются припудрить нос. Мужчины — размять ноги. Дайсону ничего не стоило на какое-то время выскользнуть наружу. Да и любому другому. Ему, конечно, очень хочется доказать, что именно он вне подозрений. — Дэвентри снова взглянул на лист с записями Дайсона. — Значит, миссис Кендал перекладывала ножи на столах. Уж не с умыслом ли он упомянул об этом?
— Вам так показалось?
Дэвентри задумался.
— Не исключено.
За дверью вдруг поднялся шум. Кто-то громким, пронзительным голосом требовал немедленно его пропустить.
— Мне важное сообщить. Мне важное сообщить. Мне надо к тем джентльменам. Очень надо к джентльменам из полиции.
Полицейский в форме открыл дверь.
— Это один из здешних поваров, — сказал он. — Очень хочет вас видеть. Говорит, у него есть для вас сведения.
Испуганный темнокожий человек в поварском колпаке протиснулся мимо него в комнату. Это был один из младших поваров. Не местный уроженец, а эмигрант с Кубы.
— Мне сказать вам. Мне сказать, — затараторил он. — Она через кухню идет, да, и нож держит в руке. Нож, правду говорю. Нож держит в руке. Через кухню идет и оттуда через дверь. Наружу в сад.
— Ну-ка успокойтесь, — сказал Дэвентри. — Успокойтесь. Кого вы видели?
— Я вам говорю, кого видел. Жену хозяина. Миссис Кендал. Я про нее вам говорю. В руке нож, с ножом в темноту идет. Это перед ужином было — и она не приходила обратно.
Глава 15
Расследование продолжается
— Можно нам переговорить с вами, мистер Кендал?
— Конечно. — Тим поднял глаза от письменного стола. Отложил в сторону бумаги и жестом пригласил вошедших сесть. Вид у него был мрачный и измученный. — Как у вас дела? Продвинулись хоть немного? Над нашим отелем, словно проклятие какое-то. Многие уже собрались уезжать, справляются насчет авиарейсов. А как удачно все шло поначалу! Боже мой, вы и представить себе не можете, что значит для нас с Молли этот отель! Мы все поставили на него.
— Я понимаю, что вам очень тяжело сейчас, — отозвался инспектор Уэстон. — Поверьте, мы искренне вам сочувствуем.
— Хоть бы удалось побыстрей все прояснить, — сказал Тим. — Эта потаскушка Виктория… Ох, нет. Нехорошо так говорить. Она была неплохая девушка, да, неплохая. Но.., я думаю, что причина тут простая.., какая-то любовная интрижка. Может, ее муж…
— Джим Эллис не был ее мужем, но у них как будто были прочные отношения.
— Хоть бы удалось побыстрей все прояснить, — повторил Тим. — Простите. Вы хотели со мной поговорить, спросить о чем-то.